И внезапно загрустившая Алёнка. Если это звенья одной цепи, то что отсюда следует? Явно что-то не очень хорошее. И Анна сама не своя, и Алёнка подозрительно поникла.
Неужто Юсупова, сука старая, опять какую-то гадость измыслила?
А может моё решение по Гессенской Мухе в штыки воспринято? Хотя нет, не похоже. Тогда не с чего бы так тётушке на меня крыситься. Рюмин и сам бы сумел это так высказать, что мало бы не показалось. Вот же загадки мадридского двора… Голову сломаешь, а ни одна из версий не кажется мне правдоподобной.
Под эти мысли я и сам не заметил, как закончил с перекусом. Я, когда на нервах, ем много и быстро.
– Ещё раз прошу меня простить. Был не прав. Позвольте представиться – первый наследник Главы Клана Багратионов – Юрий Багратион, – дождался своего часа юноша, попытавшийся ранее лишить меня перекуса.
Судя по его виду – мой ровесник.
– И что от меня нужно вашему Клану? – склонил я голову на бок, оценивающе глядя на парня.
А ничего не скажешь – хорош. Кровь с молоком. Выправка чувствуется. И лишь избыток чёрных, как смоль, кучерявых волос, выделяет его из рядов породистых аристократов.
– Клану ничего не нужно. Это моя личная инициатива. Желаю в вашей героической борьбе участвовать! – чётко отбарабанил юный отпрыск Главы одного из самых влиятельных Кланов России.
– Один. На белом коне. С шашкой наголо? – спокойно, очень спокойно поинтересовался я, глядя на парня со старательно скрываемой усмешкой.
– Никак нет. Со мной сотня натасканных головорезов – диверсантов и десяток магической поддержки. С вашего разрешения можно было бы привлечь ещё четырёх студентов из Академии архимагов. Они из нашего Клана. Это изрядно усилит мой отряд.
– Отец-то хоть знает? – с сомнением посмотрел я на героического героя.
– Как есть благословил. Хотите – побожусь?
– Не стоит. Вашего слова достаточно. А вот с вашим отцом я хотел бы переговорить.
– Он так и предположил. Прошу принять его визитку. Он будет ждать вашего звонка завтра в первой половине дня.
– Обязательно позвоню, – кивнул я осчастливленому княжичу, давая понять, что разговор окончен.
Ох и денёк мне завтра предстоит…
– Господа! Сегодня все мы здесь собрались для подведения итогов работы за прошедший год. Скажу прямо – результаты не плохие, но они могли бы быть и лучше. Как все вы знаете, мы отстаём со сроками сдачи сразу по трём кораблям. К счастью, на то есть объективные причины и поэтому флот нас не торопит. По итогам Цусимского сражения заказчик внёс коррективы в конструкцию и вооружение эсминцев и нам пришлось под них подстраиваться. Да, это дополнительные работы, но на этот раз их нам оплатят довольно щедро.
– Насколько серьёзны изменения? Можно осветить этот момент подробнее? – с места задал вопрос весьма упитанный господин с двойным подбородком.
Форма генерал – интенданта флота на нём смотрелась чужеродно и не могла скрыть недостатки фигуры. Впрочем, на его деловых качествах излишняя полнота, вызванная большим объёмом сидячей работы, не сказывалась. В хозяйстве у него был образцовый порядок, а сам генерал – интендант Хрулёв был въедлив и своих подчинённых гонял без всякого стеснения, стоило ему только заподозрить какое-нибудь отклонение от норм и правил, или заметить путаницу в документах. Поговаривали, что эта педантичность ему перешла по наследству от его предшественника – прибалтийского немца барона Ганса фон Рихтговена, под началом которого он прослужил не меньше пятнадцати лет.
– Вашей службы наши изменения почти не коснутся. На эсминцах появятся более совершенные орудия с длиной ствола в шестьдесят калибров, автономные дизель – генераторы, заказчик меняет радиостанции и требует установить судовой радар, установка которого изначально совсем не предусматривалась. В два раза уменьшено количество орудий калибром в семьдесят шесть миллиметров. Их место займут тридцатимиллиметровые автоматические пушки, и пулемёты нам тоже поменяют на крупнокалиберные. Также будет заменена вся система вентиляции и установлено два дополнительных поста для операторов техномагических Щитов.
– Чем вызваны подобные новшества? – брюзгливо пробурчал генерал – интендант, делая пометки в своём блокноте.
Понять его недовольство было несложно. Каждое отклонение от проекта – это новые позиции в обширном ремонтном и складском хозяйствах флота, а значит – новые заботы интендантской службе.
