– И что я должна увидеть? – добросовестно покрутила Алиска головой, но видимо на ум ей ничего не пришло, и она решила применить беспроигрышную тактику блондинки, выразительно захлопав глазами.
– Как минимум, трёх членов Императорских Семей, – подсказал я, – Сидящих за одним столом и решающих общие задачи. Сообразила?
– Мы просто завтракаем, – видимо не смогла Аликс сходу переключиться в режим осмысления, всё ещё находясь в образе тупенькой белокурой куклы.
– Россия, Германия и Япония просто вместе позавтракать собрались, – развёл я руками, – Потом, глядишь, ещё пообедают вместе, и поужинают. А между делом японского феодала отпинают.
– Ногами бить будем? – уловил Антон интересную подробность.
– Морально, да, – подтвердил я.
– Понятно. Значит мне лучше многозначительно молчать, – вздохнул Рюмин.
– А как интересы Германии будут учтены? – поинтересовалась Аликс, якобы в задумчивости водя ногтем по столу, хотя, наверняка все мы услышали, как у неё в голове щёлкнул тумблер, а не только я один.
– Кто у нас звезда германских кровей, я или ты? – задал я девушке наводящий вопрос, – Ты полноправный участник переговоров. Что-то интересное или полезное для Германии услышишь, сразу можешь обозначить свои интересы. Рот тебе никто затыкать не собирается. Тебя этому учили. И Антон тебе пусть помогает, – начал я расписывать роли в переговорах.
– Может, мне тебе стоит помочь? – бешено заворочал Рюмин глазами, давая мне понять, что в отстаивании немецких интересов он дуб дубом.
– Я сам справлюсь, а ты, главное, Алисе не сильно мешай. Просто дай японцам понять, что вы вместе. Остальное они сами себе придумают, – посоветовал я, и заметил, как Антон выдохнул.
– Это мы можем, – довольно пробасил он, крепко приживая к себе пискнувшую от неожиданности Муху, – Надо будет, я им ещё не то покажу.
– Ещё не то, не стоит. По слухам, оно у японцев мелкое. Как бы от твоего они в обморок не попадали, – позволил я себе сальный намёк, заставивший девушек слегка покраснеть, и переключая их внимание на совсем другие вопросы. Видимо, более приятные. Морщинки на лбу, что у той, что у другой, разом разгладились.
Своё неудовольствие сиятельный Мацумаэ выразил опозданием в пять минут.
Не удивлюсь, если у них в понятиях такое опоздание считается неслыханной дерзостью.
Как бы то ни было, но мне он, своим демаршем, доказал, как раз обратное.
Раз человек демонстрирует своё несогласие со сложившимися отношениями в установленных устоях, он тем самым подтверждает, что сами эти устои он признаёт.
Оба прибывших японца были крайне важные.
Даже не возьмусь сказать, доводилось ли мне раньше видеть таких людей, которые бы так подавали свою значимость, при полном отсутствии соответствующих декораций.
Обычно, короля делает свита. Приёмчик старый и понятный.
Эти двое себя делали сами.
Ярко раскрашенный пузатый павлин, невысокого роста, и сухая жердь, увешанная наградами разного размера, от плеч до пояса.
Не тот, ни другой ранее прибывшему полковнику ни чета. Глядя на них сразу понятно, что они оба за последние лет пять ничего, кроме паркета и ковров, под ногами не видели.
– Присаживайтесь, господа, – на секунду отвлёкся я от обсуждения с Аликс модной темы подтяжек для носков.
– Глава Клана Кантаро Мацумаэ, и контр – адмирал флота Того Томосабуро, – перевела Аю представление толстенького японца, запыхавшегося из-за преодоления небольшого подъёма.
– Вам предоставлена честь выпить чашку кофе за одним столом с Императрицей. После этого мы готовы вас выслушать, и ответить на пару ваших вопросов, – обозначил я регламент встречи.
Если что, то кофе у меня хороший. Даже не понятно, с чего так Мацумаэ морщится. То ли дело моряк. Почти залпом хлюпнул кружку, не поменяв выражения лица.
– Итак? – развернулся я к ним, под скрежет ножек стула, провернувшихся по мелкому гравию, которого полно у подножия скалы.
– Кланы Хоккайдо не поддержали сёгунат, сохраняя верность клятве, принесённой Императору, – доложил толстячок.
– Молодцы! – искренне одобрил я полностью устраивавшую меня позицию, – Можете не сомневаться, что уже в самом ближайшем времени это будет оценено по достоинству. Императрица обязательно отметит верность преданных ей людей, возглавляющих Кланы.
– Проблема в том, что Ваша протеже никем не принята, – сыграл подобием бровей Мацумаэ, пытаясь изобразить загадочное лицо, – Ни один из Кланов её до сих пор не признал.
Определённо могу сказать, что пухлые на лицо артисты – плохие комедианты. Лицедейство и Мацумаэ – это антагонизмы.
– Думаю, в Японии полно Кланов, каждый из которых возжелает стать первым, и кроме благодарности Императрицы сможет рассчитывать на очень значительные льготы лично от меня, – постарался я выбрать самый простой вариант ответа, чтобы не озадачивать Аю сложностями перевода.
– Что вы имеете в виду, говоря про льготы? – встал в стойку толстенький хомячок Мацумаэ.
