Не будите мертвеца полностью

– На самом деле в одном случае есть. – Хардвик забылся и сунул карандаш за ухо. – Вместе с алиби Биллингса, ночного портье, который находился на своем посту внизу. Ровно в полночь отсюда, сверху, поступил телефонный звонок. Биллингс ответил. Гость хотел кое-что узнать, и они проговорили до трех минут первого. Биллингс готов клятвенно подтвердить, чей голос он слышал в трубке, а коридорный, в свою очередь, слышал все реплики Биллингса. Итак… э-э-э… дело за вами, но, похоже, этих двоих можно исключить из списка подозреваемых.

– И кто же был тот гость? – потребовал ответа Хэдли.

– Мистер Рейберн из номера семьсот пять.

Хэдли молчал, несколько мгновений он вел себя так, словно вообще ничего не услышал. Однако он избегал взгляда доктора Фелла, всматриваясь по очереди в лица, ничего не выражающие или заинтересованные, теперь здесь собрались все dramatis personae[17], кроме одного. Этот весьма сообразительный персонаж (о чем суперинтенданту было известно) находился в пределах слышимости его голоса.

– Им мы займемся позже, – заметил Хэдли. – Хотя благодарю за сведения. А в данный момент браслет у вас? Прекрасно! Мисс Форбс, узнаёте ли вы вещь, принадлежавшую миссис Кент?

Кент не сводил с Франсин глаз с того момента, как она вошла в комнату, размышляя обо всем, что наговорил Гэй, и о природе той катавасии, в которую все они угодили. Выражение лица Франсин, когда она взглянула на браслет, озадачило его: такого выражения он никогда раньше не видел.

– Да. Она надевала браслет вчера вечером.

– Кто-нибудь еще может его опознать? Миссис Рипер? Мистер Рипер?

– Я уверена, что никогда раньше его не видела, – заявила Мелитта.

– И я тоже, – подхватил Дэн, разворачиваясь по кругу, словно демонстрируя всем удивление. – Как странно. Я бы обратил внимание на подобную вещицу, с надписью и всем прочим. Вы не допускаете, что она купила его после нашего приезда сюда?

Хэдли коротко глянул на доктора Фелла, который никак не отозвался.

– Но эта вещь не из тех, что можно купить в Дорсете и даже в Лондоне, если верить словам доктора. И все же! Она надевала браслет в театр накануне вечером?

– Да, надевала, – холодно подтвердила Франсин, уязвленная тем, что ее правдивость может оказаться под сомнением. – Возможно, другие не заметили, потому что она вчера весь вечер была в мехах. Но я видела браслет до театра. Я…

– Мы не сомневаемся в ваших словах, мисс Форбс, – произнес Хэдли весьма заинтересованным тоном, словно подталкивая ее к дальнейшим признаниям. – Когда именно вы видели браслет?

– До того, как мы отправились в театр, перед тем как все пошли на ужин. Я вчера вечером зашла к ней в номер спросить, собирается ли она переодеваться к театру.

– В котором часу?

– Около семи.

– Прошу вас, продолжайте.

– Она сказала, что слишком устала и у нее слишком скверно на душе, чтобы наряжаться. Она сказала, что вообще не поехала бы в театр, но ведь нужно держаться вместе: она сказала, что отказаться было бы неприлично. – Франсин умолкла. Удлиненные темно-карие глаза, придававшие живости иначе слишком бледному лицу, сверкнули на Хэдли, словно отвечая какой-то тайной мысли.

– Она сказала…

– Минутку! Она говорила «нужно держаться вместе». Вы хотите сказать, она была встревожена или напугана?

– Нет, я так не думаю. Чтобы ее напугать, надо было очень постараться. – (Снова повисла пауза. Атмосфера в комнате была настолько прохладная, что Кент призадумался.) – Когда я вошла, ее дорожный сундук был раскрыт, но не разобран – она сказала, что разложит вещи уже после театра. Она стояла перед туалетным столиком, выставив запястье, и любовалась браслетом. Я выразила свое восхищение и спросила, новый ли он. Она ответила, да. И еще она сказала: «Если со мной случится что-нибудь непредсказуемое, возьми его себе».

Хэдли быстро поднял глаза:

– Она была вашей близкой подругой?

– Нет. Я даже не уверена, что нравилась ей. Но, как мне кажется, она мне доверяла.

От Франсин было странно слышать такое: и Дэн, и Мелитта Рипер, похоже, подумали именно так, потому что в комнате послышалось какое-то шевеление и бормотание.

– Что-нибудь еще, мисс Форбс?

– Ну, она очень пристально на меня поглядела, как мне показалось, и спросила, видела ли я когда-нибудь что-нибудь похожее на этот браслет. Я сказала, что никогда, и посмотрела на него внимательнее. Я спросила, имеет ли смысл надпись, то есть некий особый смысл для нее. Она ответила: «Только если сумеешь прочесть – в этом весь секрет».

И Хэдли снова бросил взгляд на доктора Фелла, который казался заинтригованным и насмешливым.

– «Только если сумеешь прочесть – в этом весь секрет». Погодите-ка! – пробормотал суперинтендант. – Вы хотите сказать, латинская надпись является или же содержит в себе некую криптограмму, какую-то разновидность шифра? О боже, мало нам было…

– Осторожнее, Хэдли, – предостерег доктор Фелл. – Я сильно в этом сомневаюсь. Что-нибудь еще, мисс Форбс?