Не будите мертвеца полностью

– Это была миссис Кент. Так я и думал. Какая в целом печальная, нехорошая история. Вы уже начинаете понимать, отчего надпись «Еще один уйдет» была сделана две недели назад? А? Когда был убит Родни Кент, убийца сделал эту надпись на обратной стороне фотографии, намереваясь оставить ее на месте преступления, точно так как позже он сардонически приписал «покойница», когда угроза была приведена в исполнение. «Еще один уйдет» относилось к миссис Кент. Однако убийца передумал оставлять фотографию – этот убийца, как видите, всю дорогу не может ни на что решиться, что его и выдало. Впрочем, не оставив фото, он поступил мудро. Это было бы неосмотрительно. И фотография, она же угроза, благополучно покоилась в этом доме, вероятнее всего в бюро Гэя, с того самого дня, пока сегодня утром ее не извлекли на свет божий ради каких-то прелюбопытных розыгрышей. Что ж, в результате напряженной мыслительной работы вы пришли к каким-нибудь еще заключениям?

Он наблюдал за ними с напряженной учтивостью. Вынув трубку, он раскрутил ее и подул в мундштук, словно насвистывая какую-то мелодию, с помощью которой надеялся выманить у них ответ.

– В столе у Гэя, – пробормотал Кристофер Кент. – Напряженная мыслительная работа подводит нас к заключению, что Гэй точно не может быть убийцей.

– Отчего же?

– Все предельно просто. Если это угроза в адрес Дженни, убийца знал, что с горки сталкивают именно ее. Однако, глядя на фото, определить это невозможно. Ее не видно. Непонятно даже, что там женщина. Значит, убийца тот, кто либо запечатлен на фотографии, либо тот, кто сделал снимок, а это исключает Гэя.

– Ничего подобного, – возразил Дэн, решительно мотая головой. – Я помню, как рассказывал Гэю, кто это, или писал об этом, или… ага! Сдается мне, я совсем недавно видел эту фотографию где-то… видел ее… видел…

– Да, – неожиданно присоединилась к нему Франсин. – И я тоже. Мы ее видели…

Оба они умолкли: эта обоюдная попытка ухватить мысль окончилась неудачей, когда они столкнулись, словно два человека, пытающиеся открыть дверь с разных сторон. Доктор Фелл посвистел в свою трубку, выманивая ответ, посвистел еще раз. Ничего не произошло.

– Скверно, – произнес Дэн. – Я забыл.

– Гм… ха! Ничего, не обращайте внимания. И все же нет ли тут чего-то еще, что наталкивает вас на мысли? – намекал доктор.

– Но все-таки насчет невиновности Гэя, – настаивал Кент. – Мне хотелось бы… э-э-э… да, хотелось бы думать, что он виновен. И тем не менее это возвращает нас к только что высказанному доводу: надо быть последним болваном, чтобы хранить у себя улику целых две недели. По вашим словам, вы думаете, она лежала в бюро у Гэя. Но если бы он был убийцей, разве он не уничтожил бы снимок?

– Тепло, – согласился доктор Фелл. – Несомненно, тепло. И что из этого следует?

– Единственное, что приходит в голову: улику ему подбросили. – Кент вздрогнул, как будто его зрение переключилось и он увидел перед собой нечто иное. – Кажется, я уловил! Вот смотрите. Кто-то подбросил фото в ящик бюро две недели назад. Однако Гэй этого не знал, потому что все это время не заглядывал туда. Но, вернувшись сегодня домой, он все же открыл ящик и обнаружил это среди других фотографий. Нет, послушайте…

– Крис, – холодно одернула его Франсин.

– Наверняка у него душа ушла в пятки, потому что он подумал, вдруг фотографию найдут или вдруг кто-то уже видел ее среди его вещей. Хуже всего то, что он в самом деле был как-то связан с Дженни в прошлом, но по какой-то неведомой причине упорно это отрицал. Итак, он прикинулся, что «нашел» фотографию с угрозой в каком-то ином месте. Чтобы отвлечь внимание и обставить все так, словно убийца снова принялся за свои шуточки, он разорвал остальные фотографии и залил их красной тушью. Придумал всю эту историю с ослиными хвостами и стянул мелочь из собственного ящика. Вот оно! Это объясняет и его желание ввести нас в заблуждение, и вполне невинные действия, а также сегодняшнее поведение и его чертовски странную манеру, когда…

– Что ж, все теплее и теплее, как мне кажется. – доктор Фелл так и сиял улыбкой. – Но боюсь, все-таки не точно в цель. Весьма важно то, что на той фотографии, которая полностью уцелела, миссис Кент не узнать. Правда, мне удалось выкопать из общей кучи еще одну фотографию, единственную, не разорванную и не залитую тушью, однако же…

Он умолк. Снаружи послышались тяжелые шаги. В дверь заглянул Хэдли, и с ним пришел подавленный Рейберн, которого больше уже не тянуло веселиться. Он машинально пожелал всем остальным доброго утра.

– Фелл, можно вас на минутку? – позвал Хэдли.

Когда доктор Фелл вышел вразвалку, Хэдли позаботился о том, чтобы прикрыть дверь. Повисло неловкое молчание, пока все они переглядывались. Рейберн, снова сунувший руки в карманы пиджака, попытался заговорить непринужденным тоном. Лицо его при этом лоснилось.