Не было нам покоя полностью

– Но если это не сон, то кто же ты?

Линк посмотрел себе на руки, точно и сам не был уверен.

– Призрак? – спросила Ноэми.

– Призрак, – мягко отозвался он, словно пробуя эту мысль на вкус. – Каково бы это было?

– Я не верю в призраков, – сказала она. – Люди придумали их, потому что боятся смерти. Люди не хотят отпускать любимых. Не хотят думать, что, когда сами умрут, перестанут чувствовать. Поэтому они убеждают себя, что, даже когда их тела перестанут работать, души останутся на месте. Ну, или сознание, как ни назови. Остатки жизненной силы, гремящие цепями, проходящие сквозь стены. Тебя не существует. Тебя больше нет. Твоя семья тебя похоронила. Нет… – Ноэми потрясла головой. – Тебя сожгли. Была служба и все такое.

Она резко ткнула его в плечо тремя пальцами. Плечо дернулось назад от силы прикосновения.

– Сожгли, – повторил Линк и обнял себя за плечи.

– Что это за хрень! Кто мне написывает, притворяясь Линком?

Линк смотрел на телефон, словно не до конца понимая, на что глядит. Тот снова завибрировал у нее в руке, и она включила экран.

Сердце у нее колотилось, но она не двигалась, пытаясь казаться спокойной.

– Мне надо идти. Завтра в школу.

– Ты вернешься?

– Да.

Он протянул руку, чтобы дотронуться до ее волос или подбородка, но потом передумал.

Ноэми заспешила обратно к деревьям. Она обернулась. Линк стоял, где она оставила его, и наблюдал.

Она пошла быстрее и, как только он скрылся из вида, пустилась бежать. Легкие у нее горели, сердце гудело. Никто ее не преследовал, но она чувствовала тяжесть его глаз: они дождем пробегали по ее плечам. Чем дальше она бежала, тем чернее становилась ночь. Когда Ноэми вырвалась из леса, от теплого света маяка не осталось и следа. Люпины, хоть и подернулись инеем, почему-то продолжали расти и в феврале. Затвердевшие лепестки разбивались о ее стремительно уносящиеся лодыжки.

Неизвестный перестал писать, но теперь, когда снова появилась связь, телефон уведомил ее, что ей ответил «Лэтан». Ее сообщение наконец было доставлено, и кто-то под ним ответил.

Крошечный рыжеволосый аватар пожал плечами.

Ноэми так разгорячилась от бега, что еще не успела надеть кофту. Теперь она почувствовала зимний холод и снова утеплилась. Когда Гэтан переписывался с ней, она не чувствовала насмешливой неискренности, что всегда сквозила в его голосе. Но даже сейчас – Ноэми слишком хорошо его знала – ей было сложно поверить, что он искренне обеспокоен.