Костя вздохнул. Эти женщины его доконают. И чутье подсказывало Дыму, что дружба между Эми и Моной не доведет до дора его, Костины, нервные клетки.
— Константин Ильич, на минутку, — тактично кашлянул следак.
Дымов вышел в коридор. В гостиной, откуда полчаса назад увезли труп адвоката, уже было чисто. Проверенные люди все прибрали, осталось только выветрить вонь химии после чистки.
— У меня есть проверенный спец, если вдруг вам нужен новый адвокат, — кашлянул Вадим.
— Хороший человек везде пригодится, — кивнул Костя. — И ты подумай, Вадим Алексеевич, насчет моего предложения. Пока Грик в больничке, мне не помешает толковый помощник.
— Я подумаю, — пожал плечом Скоробогатов. — Мне без хозяина удобнее.
— Будешь работать на особых условиях, — предложил Костя.
И потом, за Эми, ее безопасность и безопасность малышки он многим обязан Вадиму. Особенно, за последний эпизод. Ведь именно Скоробогатов предложил отправить «липовую» тачку в город, а засаду организовать в доме. И все срослось.
— Надо обмозговать, — почти сдался следак.
Костя протянул руку для пожатия.
— Не боитесь, Константин Ильич, что ваши партнеры не поймут, когда узнают, что вы мента пригрели? — все же спросил Вадим.
— С этим я сам разберусь, — усмехнулся Дым. Непонятки, конечно, будут. Но преданность и мозги Скоробогатова Косте, ой как, пригодятся. Мужик крайне толковый.
Гости разъехались. Эми ушла наверх. Мона с Витьком укатили домой. Следак испарился. Парни из охраны разбрелись по своим постам. Дом опустел и затих.
Костя лично убедился, что все двери и окна закрыты. И только потом поднялся в спальню.
Эми уже была здесь. Тихонько сидела на краю постели, укутанная в огромный мужской халат. Была беззащитной, хрупкой, с влажными после душа волосами.
— Хреновый денек, да? — негромко пробормотал Дымов. — Устала? Хочешь чего-нибудь?
— Спать, — улыбнулась Эми.
— Ложись, — кивнул Костя, отбросил одеяло, приглашая девочку устроиться.
Малышка послушно легла на подушку. Костя не торопился идти в ванную. Присел на матрас. Повернув голову, смотрел на Эми.
Она глядела на него своими огромными глазами. Костю словно что-то шарахнуло в голову. Будто наконец дошло. Впрочем, Дым и прежде обо всем догадывался.
Эта женщина
Костя протянул руку, перехватил девичью ладонь. Не сводя глаз с нежного лица, прижал тонкие пальцы к щеке.
— Я должен был давно просчитать адвоката, — наконец пробормотал Дымов.
— Иди в душ, Костя, и ложись спать, — ласково произнесла Эмилия. — Обо всем поговорим утром.
Мужчина согласно кивнул. Эми права. Разговоры можно отложить на утро.
Когда Дым вышел из ванной, свет в спальне уже не горел. Но даже в полумраке комнаты можно было отлично рассмотреть фигурку малышки.
Костя по привычке оставил телефон и пистолет на тумбе, сам лег рядом с Эми.
— Я понимаю, что у тебя такая… работа, но…, — негромко заговорила Эмилия, а Костя, повернувшись набок, осторожно обнял малышку, провел ладонью по бедру, накрыл выпуклый животик. — Костя, я с ума сойду, если …
— Если что? — шепнул Дымов, когда Эми замолчала, не договорив.
— Я не могу каждый день жить в страхе за тебя, Костя Дымов, — договорила Эми.
— Я тебя услышал, малышка, — выдохнул Дымов.
— Я не Мона, у меня так не получится. Я не могу сохранять хладнокровие, когда кто-то тычет в меня пистолетом, — чуть громче шептала Эми. — Или похищает меня! Или грозит убить! Да и вообще…
— У нас проблема, девочка, — Костя крепче обнял Эми, зарылся новом в волосы на затылке, — тебе нужна спокойная жизнь, чтобы какой-нибудь правильный мужик был рядом. А не такой отморозок, как я.
— Ты не отморозок.
— Возможно, — усмехнулся Костя, — почему ты не уехала полгода назад? Почему осталась? Согласилась на план Гарика? Тачку мою отжала? В офисе моем стала работать?
— Можно я не буду отвечать на твои вопросы сейчас?
— Я итак знаю ответы, малышка, — заявил Костя, — потому что ты моя женщина. Потому что ты достаточно сильная, чтобы быть со мной. Ты — Дымова.
— А ты дурак, — по-детски всхлипнула Эми.
Голос у девочки дрожал. Костя понимал, что малышка вот-вот расплачется. Наверное, это даже хорошо. Пусть поплачет, пусть выплеснет все, что накопилось.
— Дурак, — согласился Дымов, — но ты ведь меня любишь, девочка?
— Не хочу об этом говорить! — шмыгнула носом Эми.
— Зато я хочу, — шепнул Костя, потерся носом о нежную кожу на плече. — Ты меня любишь. Ты родишь мне дочь. Потом сына, или еще дочь. А потом решим по обстоятельствам.
Эмилия возмущенно выпуталась из его рук, села на постели, включила ночник, обернулась к Дымову.
— Знаешь, что, Костя! — прищурилась девушка.
Костя изогнул бровь, закинул руку за голову, зевнул. Однако настроение у Дымова моментально подскочило. И вот такой, дерзкой и колючей, Эмилия ему очень нравилась. Он балдел от такой своей девочки.
— Что?
— Ты все решил, да? А меня спросить?! Я не одна из этих твоих…, — малышка взмахнула рукой в воздухе.
