Мужчине захотелось сделать что-то приятное для девчонки. Да хоть конфетой угостить. Без разницы.
Очень кстати вспомнил, что в кармане куртки как раз лежал шоколадный батончик. Клавдия Матвеевна притащила ему целый кулек этим утром. Вместе с пирожками, и еще один бог знает с чем еще.
Орлов вынул батончик и протянул девушке.
— Давай мириться? — предложил Гарик, протягивая угощение.
Девчонка бросила на него странный взгляд. Вскинула бровь, отвернулась. Всем своим видом вредина показывала, что общаться больше не намерена. А Гарика это задело. Пожалуй, даже развеселило.
— Не ешь сладкое? — понимающе догадался Гарик.
— Не беру конфет у незнакомых взрослых дяденек, — фыркнула девчонка.
— Я Игорь, — подмигнул Орлов, — можно просто Гарик. Все, можно брать конфету. Теперь мы знакомы.
Гарик протягивал батончик, ждал, когда девчонка сдастся и подойдет к нему. Там ведь всего пять метров. Но ему их преодолеть сложно. А вот ей — встал, да иди.
— Евка? Не замерзла? Что-то я там застрял. Эта местная кикимора опять выпендривалась, — позади раздался веселый мальчишеский голос.
Гарик оглянулся. Прямо к лавке топал пацаненок, лет двадцати, а перед собой катил инвалидное кресло.
Орлов ощутил неприятный спазм в горле. Вновь взглянул на девушку, сидящую напротив.
Твою ж мать! И почему он сразу не заметил? Придурок полный!
Рука вместе с батончиком опустилась, Гарик мысленно выругался, а сам не сводил глаз с девчонки.
Ева, значит? Красивое имя. И ей идет очень.
— Все? Нагулялась? Домой едем? — болтал пацан, словно не видел Гарика.
— Едем, — совсем другим голосом произнесла Ева. На Орлова не смотрела. Да и вообще, Гарику казалось, что девочка сейчас мысленно перенеслась в другой мир, замкнулась. Хотя, пацаненку этому улыбалась, сверкая красивыми ямочками. — Купишь мне конфет? Чаю хочу, с конфетами.
— Лады, — закивал пацан, поставил кресло так, чтобы было удобно пересадить девушку, подхватил малышку на руки и устроил, тут же закутал в клетчатый плед.
Гарик за всей сценой наблюдал молча. И не думал, что Ева посмотрит в его сторону. Чувство стыда тихонько вгрызалось в Орлова. По-хорошему, надо извиниться. Она ведь просто хотела поболтать, а он ее обидел.
Девчонка все же взглянула на него, проезжая мимо. Гарик улыбнулся, потому что нельзя было на Еву смотреть и хмурится.
Вредная девчонка показала ему язык и отвернулась. Ребячество чистой воды. Детский сад, не иначе.
— Димон? — кашлянул Орлов, когда пацан и Ева скрылись из виду. — Пробей мне, что за девчонка. Только аккуратно.
— В каком смысле?
— В прямом, — нахмурился Орлов, — как звать, где живет, чем занимается.
— Так я думал, ты в курсе, — искренне удивился Димон, — это ж дочка главврача, и сын. Пацан по пьяни угнал тачку доктора. Въехал в закрытые ворота. А Ева по ту сторону была. Не повезло девчонке. А у пацана ни царапины. Все медсестры про это болтают.
— Ясно, ну болтают одно, а как оно по факту, — размышлял Гарик.
— Тогда пойду разузнаю все, что смогу, — кивнул Димон, — ну, чтобы не слухи, а факты.
— Давай, — согласился Орлов. Ясно, что Димке сидеть здесь не особо нравится. А так, хоть какая-то движуха.
***
— Да что ж за детский сад, — ворчал Орлов.
— Гарик, догнать? — предложил Димон.
Игорь предполагал, что его личный телохранитель и временная нянька тупо угорает над ним. С трудом прячет улыбку, двигаясь по заснеженной аллее рядом с Орловым. Димон, разумеется, шел прогулочным шагом. А Гарик — на костылях.
А впереди, метрах в двадцати от них, была Ева. Девчонка сматывалась и делала вид, будто не видит и не слышит Гарика.
Эти гонки Орлова уже достали. Он всю неделю проторчал в одно и то же время здесь, в больничном сквере. Димон четко доложил, что у Евы в это время назначены процедуры. И всякий раз, увидев Гарика, Ева сматывалась. Не оставляла ему шанса на разговор. Гарик и сам уже не был уверен, что ему этот разговор нужен. Не хочет девчонка с ним общаться, и слава богу.
Так нет, за каким-то лядом Игорь Павлович наматывал круги на костылях за девчонкой в инвалидном кресле.
Дурдом какой-то! Хотя нет, детский сад!
— Сам справлюсь, — мотнул головой Орлов. — Братца ее займи чем-нибудь.
— Чем? В картишки с ним перекинуться? Говорят, он игрок, — зевнул Димон.
— Лучше руку сломай, чтобы не играл, — хмуро предложил Орлов. Он двигался вперед на чистом упрямстве. Ковылять на костылях по льду и снегу то еще удовольствие.
— Реально? — оживился охранник.
У Гарика был соблазн согласиться. Ну пусть Димон кости разомнет, скучно ему торчать среди контуженных пациентов клиники.
— Угу, мечтай, — усмехнулся Орлов, — просто отвлеки, пока я с Евой пообщаюсь.
— Понял, принял, — вздохнул Димон, — вот, для лучшего понимания. Я узнал, медсестричка в ординаторской сказала, что девочка любит.
Димон выудил из кармана плитку шоколада и сунул ее в карман куртки Орлова.
— Ну, Игорь Палыч, не подкачай. Ты и не такие дела решал, а здесь девчонку не можешь уболтать? — назидательно выговаривал Димон.
— А костылем по башке? — прищурился Орлов.
— Вот это лишнее. Девочка и без того не ходячая, — подмигнув, шутканул Дима, — точно справишься? Я могу догнать.
