Не держи меня полностью

— Я вижу, о чем ты хотела спросить. Да, я тоже в свое время не планировал. Но я ни о чем не жалею.

— Это похвально. Я тоже пока не планирую, — удивляю я гостя.

— Но ты ведь замуж собиралась.

— Да, и мы обговаривали. Я учусь. Это для меня очень важно. А позже я выхожу на работу по специальности. И рождение ребенка пока не входит в мои приоритеты. Тем более что в нашей семье уже есть маленький ангелочек.

— Поедем вместе? Я подожду на улице.

— А потом?

— А потом мне нужно заехать домой переодеться. А дальше придумаем.

— Хорошо, — с легкостью соглашаюсь. Сегодня я могу себе позволить ни о чем не думать. А потом вновь за конспекты. Кто же знал, что совсем скоро в моей жизни начнется еще большая сумятица…

РОБЕРТ

Вместо того чтобы намертво прилепить ладонь к колену Гели и смело заявить о несуществующих правах на девушку, я пристально слежу за дорогой, сжимая руль чуть крепче обычного.

Эта женщина обольстительна.

Дразнящий цветочный аромат женских духов проникает в легкие, будоража воображение, оживляя в воспаленном мозгу такие откровенные картины, о которых вслух говорить не принято.

Я хочу вдыхать этот одуряющий запах прямо с ее тела.

Хочу наброситься.

Хочу сожрать ее, аж пальцы зудят, как мне не терпится сгрести ее в охапку и разложить на первой же горизонтальной поверхности. Мне даже это самое сидение уже сойдет, и параллельно, что будет тесно и неудобно. Но я держусь. Я мужик, я вынесу.

Сто лет со мной не случалось похожего, когда прямо выстрел в упор.

Меня ломает так, словно я с женщиной вообще никогда не был.

И тут не сгодится любая. Мне нужна конкретно эта. С наивной улыбкой, огоньком в глазах и колкими словечками. С длинными красивыми ногами, аккуратными коленками, манящими бедрами и небольшой грудью. Хоть и да, я предпочитаю пышную.

Гелена никак не облегчает мои мучения, вроде и разрешает приблизиться, но тут же отрезвляюще указывает на место, напоминая держать дистанцию.

Она такая открытая и настоящая, что меня порой это даже ставит в тупик. Девушка мало того, что в моем обществе чувствует себя раскованно и комфортно, с легкостью поддерживает беседу на любую тему, так она еще и с живым интересом слушает мои рассказы о личном и работе, не стесняясь задавать неудобные вопросы.

Она не возражает против моей компании, но четко очерчивает допустимые границы. Ничего не требует и не просит, но великодушно позволяет быть для нее полезным.

Если я скажу, что вчера вечером не надеялся провести с Гелей бурную ночь, то покривлю душой. Надеялся. И еще как. Так надеялся, аж все горело внутри. Но она, заспанная, выглядела такой беззащитной и уязвимой, что я просто помог ей переодеться и занял то самое место, которое мне сейчас важнее всего. Рядом. Она рядом со мной, а не с кем-то другим. Даже после умиротворенной ночи и тихого домашнего утра я так и не понял, что же именно меня так неутомимо тянет к этой девушке, но четко осознал: другие больше не интересуют абсолютно. Вот так мне нужно: тепло, уютно, по-семейному. Спокойно.

Дома после завтрака Геля надолго закрылась в ванной, а вышла очаровательной нимфой с мягкими темными локонами и чарующей улыбкой.

Сейчас, после пары магазинов, мы уже подъезжаем к больнице, где восстанавливается жена брата Гелены. Я, разумеется, дождусь, но после… мы поедем ко мне. И обязательно поднимемся наверх.

ГЕЛЕНА

— О чем задумался? — уточняю я у притихшего Роберта.

— О том, что ты безумно красивая. И я взгляд от тебя оторвать не могу, — ухмыляется он.

— О нет! — в притворном ужасе я вытаращиваю глаза. — Ты уж, пожалуйста, следи за дорогой!

Но Роберт лишь лениво посмеивается. Сейчас он мне напоминает сытого льва. Вальяжный. Неторопливый. Эдакий государь, только что обошедший свои владения. Он аккуратно, сосредоточенно придерживает руль. Меня не касается даже вскользь и не ощупывает даже взглядом. Я не ощущаю от него никакого напряжения и поэтому сама довольно расслаблена. Хотя совместная ночь, конечно, до сих пор травит мою душу: Роберт меня обнимал, спал рядом раздетый. Нет, я не пуританка, не стыдливая девственница, но это как-то… слишком интимно и сокровенно, что ли. Я не была к подобному готова, не приглашала его. Если бы он использовал хотя бы один малейший намек или шутку ниже пояса о сегодняшней ночи, я бы после такой наглости, заговаривая зубки, проводила мужчину еще утром, с уверенностью захлопнув дверь за его спиной.

Но он совершенно никак не акцентирует внимание на неудобном событии: было и было. И ничего такого… даже завтрак для меня приготовил.

— Я пока поработаю с телефона. Ты надолго? — уточняет Роберт спустя четверть часа, когда мы остановились у ворот больницы.

— Минут на сорок, наверное, — произношу я с сомнением. — Может, чуть больше. Роберт, если я тебя задерживаю, то…

— Не ограничивай себя. Сиди сколько нужно. Я найду, чем заняться, но мне нужно распределить время.

— Точно? — подозрительно уточняю я.

— Точно. Я помогу с сумками.

Роберт вытаскивает из багажника пакеты для Зорины. Приближается вплотную.