К несчастью, я забыла, что наша группа по постановке «Макбета» должна собраться сегодня после уроков, поскольку выступать мы будем уже совсем скоро, в понедельник. Лен, видимо, тоже запамятовал. Кто бы мог подумать, что о репетиции мне во время английского напомнит Райан
– Сегодня поедешь к Лену? – спрашивает он, задерживаясь у моей парты.
Я подпрыгиваю на стуле сантиметров на двадцать. И только через несколько секунд до меня доходит, что он имеет в виду.
– О. – Мое лицо загорается. – А это обязательно? Мы ведь все выучили свои реплики, так?
– Ты сама говорила, что нам надо больше репетировать, – напоминает он. – Точнее, ты сказала: «Особенно в твоем случае, Райан».
– Ладно, извини. Не надо было так говорить. Ты нормально играешь.
Райану тяжело переварить мои слова.
– Элайза считает, что нам больше не надо репетировать, – сообщает он Лену, когда тот проходит мимо.
– Совсем на нее не похоже, – замечает Лен.
– Я о том и говорю!
Однако когда мы спрашиваем мнение Серены, она поднимает более важный вопрос.
– Нам ведь все еще надо что-то придумать с костюмами? Чтобы получить дополнительные баллы.
Блин.
– Ладно, давайте просто встретимся во дворе, – предлагаю я. – Необязательно куда-то ехать.
– Тем более ко мне, – вставляет Лен.
– Хоть к тебе, хоть к кому.
Я бросаю на него предупреждающий взгляд, но он притворяется, что не замечает.
К счастью, Серена уже снова вся в телефоне.
– Ладно, – добродушно соглашается она. – Как скажешь.
После школы наша группа собирается за обеденным столом под большим дубом. Лен, против обыкновения, напялил бейсболку команды Уиллоуби. Я даже рассматриваю его повнимательнее, потому что с тех пор, как он пришел в «Горн», я его, кажется, в бейсболке ни разу не видела. Волосы его, на мой взгляд, опять стали чуть длинноваты.
Он садится прямо возле меня, при этом ведя себя вполне естественно, и мое сердце начинает биться сильнее. И о чем он только думал, когда сел так близко? Он так и не ответил на мое последнее сообщение, поэтому я предполагаю, что, возможно, он нашел забавным такой способ отреагировать.
Я отсаживаюсь подальше и щелкаю по козырьку его бейсболки.
– Чего это ты в кепке?
– У нас с Леном появилась идея насчет костюмов. – Райан вынимает из рюкзака свою бейсболку и надевает ее задом наперед. Потом он скрещивает руки и выпячивает грудь, пихая Лена локтем. – Давай покажи им.
Лен послушно поворачивает и свою кепку козырьком назад и принимает похожую позу. Вид у него лишь немного смущенный. Он улыбается, и вокруг глаз у него появляются обычные морщинки.
Выглядит он нелепо, но симпатично. Серена начинает хохотать.
– Я не врубаюсь. – Я сильно хмурюсь, пытаясь сохранить остатки самообладания. – Вы что… братаны?
– Точняк! – Райан полон восторга. – Гениально, правда? Вообще ноль напряга!
– Слушайте, нет, – говорю я, начиная вставать из-за стола.
– Да ладно, погоди. – Лен хватает меня за локоть. – Послушай Райана.
Я стряхиваю его руку, но все же сажусь, притом так близко, что чуть не касаюсь его бедра. Но я ни за что не подам виду, что это заметила.
– Хорошо. Слушаю.
– Я искал на «Ютьюбе» краткие пересказы «Макбета»…
– Райан, ты что, не читал пьесу?
– Ну, естественно, читал. Частями.
– Что значит частями?
– …Свою часть.
Я бросаюсь на Райана, чуть не повалив Лена.
– Ты что, сдурел?
– Слушай, он же выучил свои реплики? Тогда какая тебе разница? – Лен снова усаживает меня возле себя. – Дай ему договорить.
– Спасибо, чувак. – Райан благодарно кивает Лену, а я закатываю глаза. – В общем, как я уже говорил, я смотрел эти видосы, и в одном из них Макбет был просто братаном и хотел стать президентом своего универа…
– То есть ты хочешь сказать, что эту совершенно идиотскую идею даже не сам придумал?
Райан выглядит обиженным.
– Почему ты сразу хейтишь, Элайза?
– Если ты одеваешься в одежду, которую и так носишь постоянно, это не считается костюмом!
Лен наклоняется ко мне, на несколько коротких секунд наши плечи соприкасаются, и этого времени достаточно, чтобы я запуталась: то ли это твердолобость Райана меня так взвинтила, то ли что-то совсем другое.
– Ну вообще-то, если так оденешься ты, это будет считаться костюмом, – говорит Лен практически мне на ухо. Потом выпрямляется, снова ухмыляясь. – И в твоем случае тоже, Серена.
В отличие от меня, Серена приняла ситуацию вполне благосклонно. Она протягивает руку, сдергивает с головы Лена кепку и с озорным видом напяливает на меня.
– Посмотрим-ка, – говорит она, выравнивая козырек. – Элайза, покажи мне братана!
– Это глупо, – ворчу я. Тем не менее в порыве вдохновения все же выпячиваю подбородок и киваю, будто говоря: «Че как?»
У Серены случается припадок хохота, и я тоже против воли глуповато улыбаюсь.
– Ты прирожденный братан! – шутит она.
Лен тоже смеется, но, как ни странно, не комментирует и задерживает на мне взгляд, который, как мне кажется, он хотел бы скрыть даже от меня.
Я резко срываю с себя его бейсболку и бросаю ее на стол.
– Значит, эта идея всех устраивает? – спрашивает Райан с надеждой в голосе.
Я встаю и немного прохаживаюсь по газону, пытаясь собраться.
