Серена знает. Она сама догадалась.
Лен: Правда? Как?
Я: Что значит «как»? Она тебя читает, как открытую книгу!
Лен: Меня? Да я же все время поддерживал Райана, а не тебя!
Я: В общем, она знает. И она не в восторге.
Лен не отвечает несколько секунд, и когда приходит новое сообщение, в тоне его уже нет прежнего легкомыслия.
Блин, прости, Элайза. У тебя будут неприятности?
Я пытаюсь отгородиться от той части личности, которая хочет, чтобы Лен за мной вернулся и обнял, хочет уткнуться лицом в его грудь, пока все на самом деле не станет как надо. Так просто было бы попросить его, ведь он примчится. Но именно этого и нельзя допустить.
Серена обещала, что никому не расскажет. Но… Я вроде как сказала ей, что это был разовый случай.
Пауза. Потом он пишет снова.
По сути, это правда. Это действительно было только один раз. В принципе.
Я прислоняюсь к бетонному парковочному столбику и закусываю губу. Потом печатаю то, чего совсем не хочу.
Наверное, надо на этом остановиться, как мы и собирались с самого начала. И это тоже надо прекратить.
Значок «…» какое-то время то появляется, то исчезает, и наконец приходит ответ.
Что «это»?
Тут предвечернее солнце становится невыносимым.
Не знаю. Вот это все. И всю… переписку.
Несколько минут Лен не отвечает, и все тело у меня начинает зудеть, как будто я начинаю обгорать. Может, он просто решил вообще не отвечать. Но наконец он все же пишет.
Ладно. Ну что ж, тогда увидимся.
Сердце у меня замирает. Неужели на этом все? Я с трудом сглатываю.
Я никогда в жизни не плакала из-за мальчика, но сейчас я, кажется, понимаю, почему другие из-за них плачут.
Но Лен еще не допечатал, и при виде его следующего сообщения я хохочу в голос, только не пойму, от раздражения или от облегчения.
У Нэйта Гордона.
Примерно через двадцать минут после того, как я сообщаю Серене, что пойду с ней на вечеринку, мне пишет Вайнона.
Серена пытается затащить меня на какую-то завтрашнюю вечеринку. Говорит, что ты туда пойдешь.
Упс. Наверное, это логично, что Серена приглашает и Вайнону тоже, но она не должна знать, какое сражение ее ожидает.
Я: Ну вроде да.
Вайнона: Зачем???
У меня нет достойного ответа, так что я пытаюсь придерживаться фактов.
Я: Она меня уговаривала, уговаривала, а ей так трудно отказать. Ты же ее знаешь.
Вайнона: О да, знаю. Об этом я и говорю.
Серена действительно очень настойчива в переписке, и тут мне как раз приходит очередное сообщение от нее.
Будет потрясно!!!!! Ты и думать забудешь про Лена.
Точно… про Лена. Последний раз я с ним общалась чуть раньше. Спросила, правда ли он идет на вечеринку Нэйта Гордона, и он ответил одним-единственным смайликом:
Это ведь хорошо, правда? Мы решили немного остыть, как и советовала Серена. Точно как я и хотела. Наверное, не так уж страшно, что я ничего не рассказала Вайноне.
Но я-то знаю, что это не так. И, похоже, чем дольше я тяну, тем хуже становится.
Я прямо сейчас ей напишу.
Слушай, кстати, я обжималась с Леном. Да, с тем самым Леном, которого мы превратили в олицетворение патриархата. Но это так, несерьезно. Ничего такого.
Я снова и снова нажимаю на кнопку «стереть», как будто боюсь, что телефон каким-то образом передаст мое сообщение, если я его сейчас же не удалю. Я с самого начала знала, что признаться будет непросто, но теперь уже точно слишком поздно. По сравнению с ее реакцией слова Серены будут казаться практически поздравлением.
Я: Серена не такая уж плохая, как кажется.
Вайнона: Вы только что глотнули «Юппи Хванбо».
Но всего пять минут спустя приходит новое сообщение.
Блин, Элайза. Она мне так строчила, что мой телефон чуть не взорвался. Пришлось согласиться, чтобы не свихнуться.
