Мы спускаемся по коридору, и каждый шаг дается мне с трудом. Я чувствую, как рвотные позывы от сильной спазмирующей боли усиливаются. Не знаю, как я выдерживаю поездку в лифте, но как только двери открываются, я вылетаю, словно сумасшедшая. Окинув взглядом окружающее пространство, я нахожу ближайшую урну и, наклонившись над ней, извергаю свой завтрак. В этот момент я чувствую, как одна рука Майкла придерживает мои волосы, а вторая нежно гладит по спине.
Он усаживает меня на сидение автомобиля, сам отправляет водителя ждать в офисе, а затем садится за руль.
— Тебе лучше обдув включить или подогрев? — хоть как-то пытаясь помочь, поинтересовался Майкл, явно не находя себе места, особенно после того как меня вырвало на его глазах.
— Обогрев, — еле проговорила я, надеясь, что это хоть как-то уменьшит спазмы. Он сразу же переключает настройки, и я чувствую, как теплый воздух начинает разогревать салон автомобиля.
Боковым зрением я замечаю, что Майкл постоянно кидает на меня встревоженные взгляды. Я, в свою очередь, пытаюсь успокоиться и сосредоточиться на своем дыхании. Сидя на пассажирском сиденье, я наблюдала за проплывающим городом, пытаясь отвлечься от боли. Дождевые капли скатывались по боковому стеклу. Спустя несколько минут дождь резко усиливается, превращая улицы города в сплошные потоки воды.
Еще мгновение назад все было хорошо, и небо выглядело ясным; сейчас же казалось, что тучи заволокли его настолько, что дождь будет заливать город еще минимум неделю. Некоторые автомобили, не выдерживая, съезжали на обочину, не в состоянии продолжать путь, кто-то, как и мы, двигался на медленной скорости на свой страх и риск.
Подъехав к аптеке, я даже не сразу поняла, что мы на месте, из-за ливня, который сейчас выглядел непроглядной стеной. Дождь хлестал по машине, а я растерянно смотрела по сторонам, не понимая, куда идти.
— Какие таблетки тебе нужны? — повернувшись, Майкл посмотрел на меня. — Пожалуйста, дай мне помочь тебе.
— Я сама схожу, — собирая силы на дорогу под дождем, еле проговорила я.
— Я не пущу тебя в таком состоянии под ужасный ливень! — командным тоном произнес Майкл. Он явно терял все свое напускное терпение, так же быстро, как и я — свои силы.
— Я не могу, это личное, — отстегивая ремень безопасности, я попыталась открыть двери машины, но Майкл резко нагнулся и потянул ее на себя.
— Нет, Адель! Там ливень! Тебе плохо! Черт возьми, да ты вся бледная, тебя вырвало 10 минут назад! — его голос срывался от беспокойства. — Что такого может быть личного после того, как эти пальцы были внутри тебя, впрочем, как и этот язык? — абсолютно не смущаясь, уверенно произнес Майкл, заставляя меня ежесекундно покраснеть и на мгновение забыть о боли. — Личное? — еще раз задумчиво переспросил он, и на его лице отразилось озарение, словно он наконец понял. — У тебя критические дни? Ты серьезно?? — он будто прорычал эти слова.
— Я не обязана отчитываться! У меня нет сил спорить и сопротивляться, пусти, — слабо дернулась я, чувствуя, как желание провалиться сквозь землю накрывает меня с головой.
Майкл, кажется, не собирался уступать.
— Тебе нужны какие-то определенные таблетки? Или я могу просто объяснить причину? — продолжал настаивать на своем, не обращая внимания на мои слабые попытки сопротивляться. Понимая, что он не сдастся, я откинулась на спинку сиденья и достала телефон, где было записано название нужных мне таблеток.
— Вот эти, но прошу, дай мне сходить самой, мне еще нужно… — я остановилась, не зная, как закончить предложение. Мне казалось, что моё бледное лицо сейчас стало красным и горит от неловкости, которую я испытываю.
— Тебе нужны прокладки или тампоны? — быстро догадавшись, что я не смогла произнести вслух, он вопросительно посмотрел на меня. Как же неловко! Он не должен этого делать для меня. Я открыла рот, но тут же закрыла его, не осмелившись что-то сказать.
Майкл, похоже, заметил моё замешательство и слегка нахмурился. Его заботливый взгляд словно призывал меня расслабиться, но, учитывая ситуацию, это было непросто. Я тихо кивнула.
— Я понял. — открыв дверь, Майкл нырнул прямо под проливной дождь, не теряя ни секунды. Я откинулась на спинку сиденья с абсолютным принятием, что хуже уже не будет. Более неловкой ситуации вряд ли я могла бы даже вообразить. Мы только пережили неприятное расставление, мне все еще больно даже сидеть рядом с ним, а сейчас он пошел в аптеку и покупает мне тампоны.
Я прикрыла руками лицо и, по непонятной мне причине, рассмеялась. Внутри меня столько эмоций, которые я усердно старалась удержать в себе, что, возможно, организм решил выплеснуть их таким странным образом. Дождь казалось стал еще сильнее, если это вообще возможно распознать. Я не могла даже разглядеть фигуру Майкла, пока он не приблизился в плотную к машине.