Он положил передо мной несколько листов с таблицами, на которых были перечислены закрытые тендеры компании за последние два года. Я взглянула на них и не поняла, что в них может быть подозрительного.
— Как вы видите, здесь перечислены все закрытые тендеры компании. Однако в ходе расследования мы выяснили, что часть этих сделок была использована для финансирования незаконных операций за границей.
Мои глаза расширились от удивления, и я недоверчиво уставилась на него, но Мистер Харриет, похоже, этого не заметил и продолжил:
— Самое шокирующее, что мы обнаружили, — это то, что ваша сестра и её законный муж используют компанию для проведения продажных тендеров, которые служат прикрытием для отмывания денег. Через границу под видом легальных сделок они переправляют реликвии и антиквариат.
Он выдохнул, словно сбросив груз, и посмотрел на меня, ожидая реакции.
— Что? То есть все эти тендеры фиктивные? — мне казалось, от шока я произносила слова одними губами, почти беззвучно.
— Абсолютно точно.
— Объясните, пожалуйста, поподробнее весь процесс, чтобы я детально понимала, что именно они проворачивают, — произнесла я, почти не дыша, и замерла в ожидании.
— Да, конечно, — Мистер Харриет сделал глоток кофе, затем взял новые документы и аккуратно разложил их передо мной. — Организаторы, которые находятся в сговоре с фирмой, создают фиктивный тендер, который на первый взгляд выглядит как законное предложение на поставку, скажем, предметов интерьера. Обычно реальные товары заменяются на похожие или копии, чтобы придать всему процессу видимость легитимности. Далее подставные фирмы, контролируемые организаторами, участвуют в тендере, предлагая якобы самые выгодные условия, но с сильно завышенными ценами. Это не вызывает подозрений, потому что условия бывают важнее цены. Другие компании, как правило, проигрывают конкурс. Затем, под прикрытием этого тендера, они перевозят антиквариат и реликвии через границу, имея предварительные договоренности с людьми на другой стороне и среди работников пограничной службы. Предоставляются фальшивые документы, и свои люди в службах проверяют их поверхностно. После ввоза в страну предметы продают через аукционы, подделывая их историю происхождения. Это крайне сложная система, включающая в себя огромные деньги и значительные риски. Мы не раз сталкивались с явными угрозами во время расследования, нас постоянно предупреждали, что лучше не вмешиваться. Кроме того, деньги отмываются через благотворительные фонды, которые ваша сестра и её муж учредили несколько лет назад. Один из них носит имя ваших родителей.
Последняя фраза будто ударила меня в живот, и, сделав глубокий вдох, я с трудом сдержала рвотный позыв.
— Господи, какой ужас! Это отвратительно, а особенно то, как они так очерняют имя родителей! — ком отвращения буквально застрял в горле после того, что я услышала от Мистера Харриета.
— Да, понимаю ваше негодование. Фирме, погрязшей в подобных махинациях, будет слишком сложно вернуться на легальный путь. Это означает только то, что, скорее всего, её уже не спасти, какой бы дорогой она ни была для вас, — с сожалением и сочувствием произнёс юрист.
Откинувшись на спинку дивана, я прикрыла глаза и попыталась прогнать нахлынувшие слёзы. Перед глазами проплывали образы родителей, которые столько вложили в своё детище. Можно было сказать, что фирма была для них как ещё один ребёнок, которого они любили не меньше, чем нас. Мы своими собственными руками уничтожили всё, ради чего они так трудились. Я винила себя не меньше, чем Натали. Я бездействовала, потому что слишком боялась. Тем самым мы позволили Натали и Патрику творить ужасные вещи.
Боль пронзила мою грудь. В этот момент теплая ладонь накрыла мою и слегка сжала.
— Адель, мне правда жаль, что с фирмой ваших родителей сделали подобное, — произнес Мистер Харриет, его голос звучал успокаивающе. — Я верю, что однажды вы сможете вернуть ей честное имя.
С этими словами он убрал руку и тяжело вздохнул.
— Как вы понимаете, дело можно сделать очень масштабным и многим из них грозит тюрьма, в том числе вашей сестре и ее мужу. Мне понадобится время, чтобы собрать все документы и объединить их в общее дело. Дальше решение за вами. Но я должен предупредить: если вы решите действовать, будьте готовы к тому, что они не сдадут позиции просто так. У них сейчас больше сил, чем у нас! Это не призыв к отступлению, но я хочу, чтобы вы осознавали все риски, — сказал он с серьезным выражением лица.
— Я понимаю, и на самом деле мне нужна была информация только для защиты, а не для нападения, — задумчиво ответила я. — Правда, сейчас я уже не так уверена в своих убеждениях. Они уничтожили детища моих родителей, превратив это во что-то мерзкое.
— Тем не менее, я соберу все документы. А дальше решение за вами. Мы поддержим вас, как я, так и моя команда, в любом решении, — сказал он, вставая и собирая бумаги, оставив мне списки тендеров и пример одной из сделок.
Молча Мистер Харриет аккуратно укладывал все бумаги в свой кожаный дипломат, а я следила за его действиями, погруженная в мысли.