– Какие угрозы, – расхохотался он, запрокинув голову. И так резко подался вперед, почти коснувшись моих губ, что я чуть не упала, но он сам не позволил мне этого, положив ладонь на мою талию. – Не играйте со мной, принцесса, я не мой милый братик, у моего терпения есть предел. И когда вы будете моей, я заставлю вас ответить за каждое ваше слово. Впрочем… это будет даже интересно.
– Когда?.. – зацепилась я за его слово и округлила глаза, все-таки не совладав с эмоциями.
Ярат хмыкнул и обошел меня, а я стояла, молча сжимая кулаки. Драксов принц! Отвратительный! Как его терпит его бедная жена? Бедняжка…
Спокойствие, Купава, тебя к этому готовили. Готовили в отвратительным принцам, которые решили, что могут все что угодно. Будто весь мир у их ног… но эти ноги-то можно и обломать.
Фыркнув, я стряхнула с плеча несуществующую пылинку, медленно спустилась по лестнице и, застегнув полы мехового плаща, выбежала на крыльцо. Холодный воздух немного притупил эмоции, и я смогла облегченно вздохнуть. Не верится, что Элай вырос в этой обстановке, в такой семье, и при этом не потерял человечности. Наши с Максимилианом истории – детский лепет по сравнению с тем, в каких условиях пришлось взрослеть младшему наследнику Авероса.
– Доброго дня, Малика, – улыбнулась я девушке, ожидающей меня снаружи. – Надеюсь, ты недолго ждала?
– Я гуляла по саду… нужно было многое обдумать, – ответила герцогская дочка и сделала книксен. – Доброго дня, ваше высочество.
Улыбнувшись ей, я воспользовалась помощью лакея и села в карету, подождав, когда напротив разместится Малика. Экипаж тронулся, увозя нас в заснеженные улицы Альтории.
Еловая улица была широкой и на ней стояли роскошные особняки знати – караульные контролировали каждый периметр этого района. Мы остановились перед трехэтажным широким домом с высокими окнами и восемью белоснежными колоннами перед входом. Нас встретил лакей, и по ковровой дорожке проводил внутрь. Едва мы оказались внутри, по лестнице уже бежала Айрис.
– Купава! Ты все-таки приехала! Я так рада!
Девушка в считаные мгновения преодолела последний пролет и бросилась меня обнимать. Я была несколько обескуражена такой теплотой, но, видимо, Айрис относилась к тому типу людей, кто легко сходится с окружающими. Я же пока даже с Клайдией и Рами не могла так легко обниматься.
– Малика, тебя тоже рада приветствовать, – улыбнулась ей Айрис.
И слегка отстранилась от меня, чтобы я смогла увидеть уже немолодую женщину, в чертах которой я сразу уловила сходство с Айрис.
– Купава, позволь тебе представить леди Мианию Эйфери, маркизу Деарош, мою маму, – улыбнулась девушка. – Матушка, позвольте представить вам принцессу Бриоля Купаву Даорг.
– Рада знакомству, ваше высочество, – женщина присела в реверансе, и только после я сделала ответный книксен.
– Как и я, леди Эйфери. Со мной прибыла моя… фрейлина, её светлость Малика Церг. – Женщины обменялись приветствиями. – Ваш дом – замечательный.
– Все так говорят, – хмыкнула Айрис, – вот только все, как и ты, успевают осмотреть лишь холл во время этих слов, – девушка рассмеялась. – Матушка, а ты угостишь Малику своими фирменными печеньями? Уверена, леди оценит.
Она поняла без слов просьбу дочери и кивнула. Улыбнувшись Малике, я отправилась вместе с Айрис наверх. Девушка вкратце рассказала историю дома, а после повела меня в свою комнату – она была оформлена в розовых тонах – ремонта после её совершеннолетия не было, поэтому повсюду стояли мягкие игрушки и куклы.
– Впрочем, я люблю кукол, – призналась она. – Красивые, фарфоровые создания с печальными лицами. Мне кажется, их судьба всецело зависит от хозяина: если будет обращаться бережно, то куклы останутся прекрасными, а в ненадежных руках фарфоровые лица потрескаются, платья порвутся, а может, и вовсе куклы сломаются… Нам, женщинам, досталась такая же судьба, но нашими хозяевами выступают заботливые мужья.
– Муж – не хозяин, – возразила я с улыбкой и потянулась к кукле. – Но и мы не куклы, которые могут лишь стоять на полке и служить украшением. Мы – полноценные личности, которые вправе сами выбирать… свою судьбу. И от нашего выбора и работы над отношениями зависит, будем ли мы счастливы в браке.
– Какие… прогрессивные взгляды, – удивилась Айрис. – Но ведь за нас с тобой выбор сделают родители. Выбор будет не наш. Так чем мы отличаемся от кукол?
Я застыла, уже взяв в руки куклу, но не успев её рассмотреть, я просто с удивлением смотрела на Айрис. Отчего-то всегда думала, что моё поведение – следствие характера, но выходит, что виновато и воспитание. Отец говорил мне о моем личном выборе, как было принято в нашей семье, не давил, поэтому я и жила с ощущением, что моя жизнь зависит лишь от меня. Я не боюсь принимать решения, так как с детства знаю, что за это всегда придется нести ответственность.
– Красивая кукла, – сказала я, не став развивать тему, и тронула маленькие кудряшки. – Думаешь, создатель её любил? Как любят нас наши родители.
– Разумеется! Именно поэтому он продал её мне, зная, что я буду бережна с ней и заботлива.
