Это уже какой-то фарс. Света решительно подхватывает мужчину под руку и рывком поднимает на ноги. Качаясь и отбиваясь от его попыток пообниматься, она кое-как ковыляет до входной двери и оставляет гостя прислонённым к стене, по которой тот моментально скатывается на пол. Телефон начинает звонить как раз у тот момент, когда Николай отбивается, пытаясь предотвратить надевание ботинок.
— Алло!
— Ой, простите, я немного не вовремя? — испуганная столь агрессивным «приветствием» бормочет Мила. — Извините, я просто ищу Николая, он сказал, что будет в офисе, но там его сегодня вообще не видели, а Вы — единственная, к кому он мог пойти…
Возможно, надо додавить, облачить гостя в подобающий погоде за окном гардероб и спустить к машине, которая наверняка ждёт во дворе. Водитель дальше сам разберётся что делать со своим подвыпившим начальством, а Светина миссия будет завершена, но пока она «болтала», мужчина уже успел снять не только частично надетый ботинок, но и оба носка. Поэтому она грустно констатирует, что ничего хуже, чем раздевающийся у неё в «мастерской» пьяный мужик, уже просто не может случиться.
— Да, он здесь, — сообщает Света в телефонную трубку. — Пьяный настолько, что, судя по всему, перепутал мою квартиру со своим домом и уже начинает раздеваться. Приезжайте и заберите его к себе, пока он в таком виде куда-нибудь гулять не отправился. Или не уснул, потому что он тяжёлый и тогда мы даже вдвоём его не дотащим до машины.
— Да, я… Я скоро!
Мила отключается, а Света присаживается возле непонятно почему замершего мужчины и закрывает глаза. Сколько там надо времени, чтобы примчаться за подвыпившим женихом в квартиру чужой женщины, никак с ним не связанной, кроме «возвышенных чувств».
— Сейчас приедет Мила, — сама не понимая зачем сообщает она Николая. — Эта девушка — милая, прекрасная и понимающая — отвезёт Вас домой. Пожалуйста, ведите себя прилично, если не хотите объясняться с её отцом.
Когда она поворачивается к мужчине, тот уже крепко спит…
Мила набирает её снова на следующее утро и звучит невероятно виновато для той, что попала в подобную ситуацию. Сама Света непременно бы устроила скандал на месте, но та странно бормочет и, в конце концов, признаётся:
— Я очень перепугалась, он никогда так себя не вёл. Нет, я знаю, что после крепкого алкоголя его тянет говорить как в книге, но…
— Да, это было странно. В какой-то момент мне даже показалось, будто он сейчас предложит мне скакать в неведомые дали, чтобы вместе победить дракона и править Королевством, — шутит Света. И сама же смеётся, потому что Мила молчит. — Прости, это было немного… неловко.
— Что Вы, это мне крайне неловко из-за случившегося. Возможно, я смогу кое-что для Вас сделать в качестве извинения?
— Разве что перестать «выкать», потому что я сразу начинаю чувствовать себя старой развалиной, разговаривающей на улице с маленькой девочкой.
— Ну, вообще так и есть. Мне же всего двадцать пять, а Вам…
— Двадцать девять.
— Ох, простите…
— Ничего, всё в порядке, я просто очень старо выгляжу, — снова шутит Света и на сей раз её собеседница смеётся. — Вероятно, тебе стоит пить вместе с будущим мужем, чтобы не искать его потом по чужим квартирам. Но это так — личный совет, ему следовать не обязательно.
— И всё равно… мне бы хотелось извиниться, для меня это крайне важно — знать, что люди не держат зла.
— Я не держу. Честно.
— Помнишь то место, где мы были, когда я меряла платья? — когда Света согласно хмыкает, Мила вдруг принимается тараторить: — Я знаю, что это странно и ты отказалась, но мне почему-то кажется, что тебе бы очень понравилось мерять все эти платья. Они такие красивые, такие мягкие, а освещение настолько уютное…
— Хорошо, — поняв, что иначе происходящее не прекратить, соглашается Света. — Но это только один раз и только потому, что ты хочешь извиниться.
— Да, ты обязательно должна почувствовать себя принцессой…
— Ну, как?
— Это… определённо не принцесса, — бормочет Света, наблюдая свою перетянутую блестящими лентами фигуру в огромное зеркало, и гораздо громче произносит: — Что-то не так, возможно, размер не тот.
— Нет, тебя же обмеряли в самом начале. Может, модель не та?
— Может у меня просто тело кальмара.
— Не глупи, ты принцесса.
— Ладно, так и быть: у меня тело королевского кальмара. К сожалению, это не сильно меняет дело. У них что, нет ничего… — она смотрит на розовый цвет и едва сдерживает тошноту, — Телесного? Или хотя бы голубого? Синий тоже был бы вполне неплох…
— Ты с ума сошла? Розовый — хит этого сезона, о таком платье мечтают все девушки от шестнадцати до восьмидесяти.
— Что ж, видимо, я не «девушка», — Света поправляет лиф, но тот из-за отсутствия бретелей постоянно скатывается, заставляя грудь немного обвиснуть. Выглядит ужасно, и, сколько бы она ни пыталась привести всё в божеский вид, выходит не очень. — Мила, а в этом платье точно не предусмотрены бретели?
— Сейчас посмотрим, дай минутку…
