На верху, у выходы к крыше, стояли волшебные варианты тех охранников, что куковали на улице. Они были так же плечисты и горилла-подобны, вот только вместо того чтобы играть мускулами, они показательно постукивали палочками. Рядом на табличке, на разных языках было написано «
Проныра немного стушевался перед этими амбалами, которые и без магии могут в тумбочку превратить — непосредственным приложением небольшой доли фантазии и огромного количества физической силы.
— Convite, — просипел один из горилл.
Герберт мигом достал тиснутую карточку и, улыбаясь, протянул её. Приглашение принял амбал, стоявший слева, а потом с подозрением оглядел Герберта.
— Мойше Шульц? — спросил он.
— Шалом, — мигом сориентировался Проныра.
Амбалы переглянулись, потом с недоверием глянули на спокойного паренька, и все же пропустили его. Ланс, мысленно сглотнув и утерев несуществующий пот со лба, мигом юркнул вовнутрь, тут же теряясь в толпе. Не хотелось бы, чтобы его начали искать, когда выяснится, что пропуск был краденный.
(п.а. Группаиграет Big Bad Voodoo Daddy — Jumpin' Jack)
На сверенной стороне, у самого края немаленькой крыши стояла сцена, на которой сейчас жгла местная группа, в составе которой был один гоблин, что не мешало ему шпарить на трубе так, что Ланс с трудом удерживал себя от пританцовывания.
Вокруг стояла потрясающая атмосфера. Леди в высоких коктейльных платьях, блестящих в свете прожекторов. А какие у них были фасоны — открытые разрезы на левом бедре, или спины от лопаток до талии. Герберт невольно сглотнул и смахнул с пролетавшего мимо подноса фужер с шампанским. Он выпил его залпом, а потом швырнул бокал куда-то за спину. Он резким движением поправил шляпу, а потом двинулся к танц-полу. Сегодня он будет веселиться так, чтобы наутро стало стыдно, и никто ему в этом не помешает, даже здравый смысл. А учитывая, что планка «стыдно» у Ланса находилась где-то в заоблачных далях, то здравый смысл даже не пытался взбрыкнуть — это было бесполезно.
Оттиснув плечом какого-то парня, одетого так, словно он состоял в банде Тони Аккардо. И, если вы не знаете кто такой Тони Аккардо, то вы не знаете, что такое «мафиози». На танц-поле народу было не так много — большинство, как это часто бывало на подобных мероприятиях, стояли в кружках, обсуждая что-то не бывало важное и сугубо деловое. Возможно сейчас делились и поглощались компании, создавались и рушились союзы, подписывались помилования и смертные приговоры тем или иным акциям. Короче — развлекуха для «белых хомяков» и их «игрушек». А именно так настоящий гангстер, в образе которого сейчас пребывал Ланс, и должен называть богатых дельцов и их спутниц.
Не дойдя до площадки с танцующими, Герберт замер, немного надвинув шляпу на глаза. Он постоял так несколько минут, а потом на его лице сам собой отобразился пиратский оскал, который лишь дополнял образ, добавляя ему некоей завершенности.
— Я не заказывал эту пластинку, но мне уже становится весело, — процитировал Ланс, своего самого любимого бандита.
Герберт, не стесняясь, спокойно прошел в центр площадки. Там он вплотную протиснулся к танцующей парочке и довольно грубо отодвинул партнера, обхватывая леди за талию.
— Извините, но этот танец поведу я, — сверкнул глазами Ланс, мигом утягивая леди куда-то в сторону от ошарашенного мужика.
— Отпусти.
— Ты это уже говоришь третий раз, придумай что-нибудь новенькое.
Ланс кружился, заходясь в ритмах буги-вуги, не отпуская при этом запястье той самой девушки, которая утром кинула его в лучших традициях дзюдо. Ну или как там называется эта восточная хрень, позволяющая хрупким «ледям» кидаться крупными мужиками.
— Я танцевала со своим парнем! — глаза красотки буквально пылали огнем.
— О, так ты воруешь у собственного парня? — ухмыльнулся Ланс.
Танец вновь из разделял, вытягивая сомкнутые руки в длинную полосу, а Ланс чувствовал, как азарт начинает глушить разум. Проныра почувствовал привкус опасности и не смог ему противиться — впереди замаячила авантюра, а значит нужно было двинуться к ней под всеми парусами. Его даже нисколько не удивил тот факт, что случайная незнакомка оказалась волшебницей. В конце концов — девушка, настолько заинтриговавшая Проныру попросту не могла быть маглой. И тот факт, что она все же оказалась ведьмой был столь естественным, что даже не смутил парня.
— Это пустяк, — фыркнула леди, вжимаясь в грудь музыканта. Не потому что хотела — того требовало следующее «па» танца.
— Ну, — пожал плечами парень, вертя в свободной руке какой-то пергаментный свиток. — Если это пустяк, значит можно и сжечь...
— Нет! — крикнула девушка. — Отдай карту!
