Поджав губы, Джаред коснулся ее волос, собранных в неаккуратный пучок, и убрал от лица влажные от слез пряди. Но Вивьен даже не вздрогнула и не посмотрела на него, сверля пустым взглядом потолок. Может, она теперь винила его, как и он сам? Не могла видеть его, не думая о том, сколько времени они упустили, что могли спасти Сару намного раньше?..
Миллс не выносил это молчание. И, перестав касаться ее, твердо произнес:
– Ви, я рядом. До тех пор, пока буду нужен. Страховка, полиция, допросы… Обещаю: я помогу со всем. А потом, когда захочешь – скажешь, и я уйду.
Тогда она наконец отреагировала, медленно повернула к нему голову. Озадаченность на ее хмуром лице мешалось с непонятным чувством в сердце.
– Почему я должна хотеть, чтобы ты ушел? – мрачно прошептала Вивьен.
Джаред растерялся. Стиснув зубы, шумно втянул воздух и на выдохе многозначительно повторил ее слова:
– Мы облажались.
Måneskin – Coraline
Первое, что она осознала, еще даже не открыв глаза, была пустота. Сара больше не чувствовала в себе жизни. Изнутри сжирал губительный ноющий вакуум.
Кто бы мог подумать, что пустота будет ощущаться так больно?
Словно сквозь шум помех до нее стали доноситься посторонние звуки и голоса. По мере того как она приходила в сознание, в висках яростнее пульсировала тревожная мысль, и Сара ее озвучила:
– Он мертв?
Два обеспокоенных взгляда, оторвавшись друг от друга, метнулись в ее сторону. Вивьен подскочила с места и оказалась рядом, заботливо взяв сестру за руку.
– Боже мой, Сара… – прошептала она, едва сдерживая слезы от беспомощного вида родного человека.
– Он… мертв? – сипло повторила старшая Марч.
– К-кто?.. – неуверенно переспросила Ви, но в следующую секунду осеклась, поняв, какой глупый выпалила вопрос. Глядя в полные боли ореховые глаза, она видела: Сара знала, что ее ребенка больше нет. А значит, речь о проклятом Чемберсе.
Вивьен не могла произнести и слова из-за охвативших ее сердце злости и отчаяния. Как сказать сестре, что этот ублюдок продолжает дышать?
– Чемберс под стражей, – наконец вмешался знакомый низкий голос.
Зрение Сары сфокусировалось на Миллсе, показавшемся из-за плеча Вивьен. Впервые за долгое время мужской силуэт не вызывал в ней страха и тревоги. Старый друг смотрел с искренним сожалением и со свойственной ему тактичностью держался чуть в стороне.
– Черт… – выдохнула Сара, сжав больничную простыню в кулаках со всей злостью, на которую было способно ее слабое тело. – Я думала, что Леон… я…
– Он отделался сотрясением, – сообщил Миллс и поспешил уверить: – Но его уже направили в полицейский участок и в ближайшее время допросят. Тебе больше нечего опасаться. Чемберс не сможет причинить тебе вред.
– Уже причинил.
Сглотнув горький ком в горле, Сара отвернулась к окну. Еле двигающимися руками она по привычке потянулась к животу, и глаза моментально наполнились слезами. Совсем недавно она ощущала жизнь в себе, осознавала, что внутри билось крошечное сердце, подарившее ей второй шанс. C нежданным появлением малыша в ее жизни все наконец обрело смысл. Тщетные попытки заполнить пустоту, что разверзлась в душе, перестали казаться бесконечной чередой бесцельно прожитых дней. А теперь… все вернулось к тому, с чего начиналось. К тому, чего Сара так боялась. Все вновь стало бессмысленно.
Она завидовала той легкости, с которой в воздухе за окном кружили птицы. Как взмывали к тусклому солнцу и как свободны были от невзгод, терзающих ее нутро. От страхов и боли, преследующих по пятам.
– Я позову врача. – Мягкий тон Джареда не нарушил задумчивости, с которой она вглядывалась в зимнее небо за окном.
Кивнув Вивьен, он бесшумно вышел из палаты, оставив сестер наедине.
– Прошу, скажи, что ты не звонила родителям, – начала Сара.
– Нет. Пока нет. Я даже не знаю, как и что им сказать…
– Знаю, о чем ты думаешь, но все не так, как кажется… – тихо произнесла Сара, не осмеливаясь взглянуть Ви в глаза. – Ребенок… был не от… него. Малыш был ни при чем. Я хотела его, понимаешь?..
– Боже… Сара, мне так жаль, – судорожно вздохнула Вивьен, не сдержав всхлипа. Все те бесконечные извинения, какие крутились в ее голове последние сутки, хлынули едва связным потоком: – Мне очень, очень жаль. Прости меня. Прости, что не нашла тебя раньше. Прости, что перестала искать. Прости, я…
– Тебе не за что извиняться. Я сама просила не искать, помнишь?
– Но я должна была почувствовать неладное! – возразила Ви, крепче обхватив холодную руку сестры. – Нужно было проверить все…
– Перестань, – строго отрезала Сара. – Еще не хватало, чтобы ты убивалась из-за дерьма, в которое я вляпалась.
Она решительно качнула головой и приподнялась на койке. Все тело болезненно ломило и ныло, но меньше всего она нуждалась в чьей-то жалости и самобичеваниях младшей сестры. Сара не позволяла себе расклеиваться надолго. После проявленной слабости она каким-то образом заново возводила стены, пряча за каменным фасадом очередную кровоточащую рану.
