Джаред задумчиво огляделся. Безликие стены, увешанные множеством листовок, плакатов и карт. Десятки однотипных пыльных кабинетов и шумных отделений полиции, в которых он когда-то провел несчетное количество бессонных ночей. Запах затхлости вперемешку с ароматом дешевого кофе из офисного автомата. Бесконечный шорох бумажной работы, форма, значок детектива. Звуки сирен, вечной суеты, команд, погонь и перестрелок на улицах города… Все это было ему близко. Все это ощущалось даже родным, давно знакомым. Простым и в каком-то смысле безопасным. Привычным.
Но это не было тем, чего он теперь хотел. Все, чего Джаред теперь желал, было напрямую связано с Вивьен. И в его жизни с Ви он не видел места напряженной работе в полиции, которая бы отнимала все время и силы. Он не собирался допускать тех же ошибок, что его отец.
Однако под выжидающим взглядом Доусона Миллс знал, что у него был один вариант ответа, который приведет его к Чемберсу:
– Ладно, я подумаю.
– Дерзай. У тебя десять минут.
– Спасибо, я ваш должник, – кивнул Джаред и повернулся к Хоббс, которая все еще была в кабинете: – Сделаешь одолжение?
– Да?
– Найди где-нибудь банановый латте. – Заметив недоумевающее выражение ее лица, добавил: – Не для меня. Для дела надо.
Saint Mesa – Wolf
Стоило зайти в допросную комнату, как Миллса накрыло дежавю. Прежде все это было для него рутиной. Но в этот раз, несмотря на то что удавалось сохранять внешнее спокойствие, Джаред не знал, что сказать. Какую тактику допроса применить, как действовать?
В голове было пусто и в то же время метались все полученные обрывки информации.
– Что, настала очередь «хорошего копа»? – усмехнулся Чемберс, слегка повернувшись.
Джаред опустился на стул под холодным взглядом Чемберса, прикованного наручниками к столу, раскрыл принесенные с собой папки с материалами дела и принялся доставать нужные файлы. Нарочно не спеша. Тщательно рассматривал каждый, раскладывал их на металлическом столе по определенной, удобной и понятной только ему схеме. Не переставая изучать документы, Миллс произнес:
– Вы не потребовали адвоката.
– Мне не нужен адвокат. Я сам юрист, – высокомерно ответил задержанный.
– Юрист по налогам, работающий в логистической компании, – с едва уловимой усмешкой в голосе подметил Миллс. – И много вы знаете об уголовном процессе?
Чемберс сощурился. Мышцы на лице задергались от проявляющейся неприязни к детективу. Выпрямившись на стуле, он ответил:
– Я знаю, что не обязан свидетельствовать против себя. Пятая поправка[21].
Джаред кивнул и поднял взгляд на подозреваемого. Он был уверен, что Пятая поправка Чемберсу все равно не поможет. Сам проколется. Опыт детектива подсказывал: такие психопаты не могут вечно держать все в себе. У них нет совести, нет чувства вины, нет страха, нет ничего, что заставило бы молчать.
Дверь скрипнула, и оба обернулись на вошедшую Хоббс. Она неуверенно подошла к Миллсу и протянула бумажный стаканчик, явно не понимая, к чему была просьба достать банановый латте. Джаред поблагодарил, и офицер вышла, оставив его наедине с подозреваемым.
– Это для вас. Угощайтесь, – предложил Миллс, подвинув стакан с кофе к Чемберсу.
В напряженной тишине лязгнула цепочка наручников, когда подозреваемый потянулся к стакану. Проведя часы в больнице, а затем в этой допросной, Чемберс успел проголодаться и ощутить жажду, поэтому не отказался.
Джаред выждал, когда тот сделает первый глоток.
– Что это?! – недоумевал Чемберс, едва не поперхнувшись.
– Кофе, – легко ответил Миллс, не сводя уверенного взгляда. – Банановый латте. Вы же такой предпочитаете, верно?
Чемберс знал, что его дом и квартиру обыскали, понимал, что на него уже составлено досье из сухих фактов из полицейских баз данных. Но подобные предпочтения – слишком личное, чтобы это мог узнать какой-то рядовой коп.
– Кто ты? – насторожился он.
– Детектив Джаред Миллс.
– Детектив? Что-то не заметил значка.
– Частный детектив, – уточнил Миллс, сложив руки в замок на столе, и посмотрел на Чемберса.
Ему удалось вывести подозреваемого из равновесия.
Оказавшись так близко к Леону Чемберсу, он наконец понял, что имела в виду Хоббс, говоря о «маньячном» взгляде. Радужки были такого серого оттенка, что глаза казались почти полыми, если бы их не разбавляла чернота зрачков. Едва заметный прищур напоминал взгляд хищника, а насупленные брови и опущенные уголки тонких губ придавали лицу мрачное выражение. Но Джаред был уверен: мысли в голове Чемберса еще мрачнее.
– Ты – не должностное лицо, – заметил тот. – Ты не имеешь права быть здесь, а я не обязан с тобой разговаривать.
