От приближения пика она не ощущала, как царапалась до красноты кожа, когда раскачивающаяся от толчков грудь ерзала по деревянной поверхности, а озверевший мужчина остервенело вторгался в ее тело.
Харви за волосы притянул Беатрис ближе, насколько было возможно, и, совершив пару финальных фрикций, с глухим стоном выпустил. Ее наигранное оханье смешалось с его надрывным дыханием, наполняя ночное безмолвие дома.
– Черт, просила же не в меня… – простонала женщина, сводя вместе дрожащие ноги.
Резким движением Харви развернул ее лицом к себе и отвесил мощную пощечину. Так, что Беатрис вскрикнула и спиной врезалась в кухонную мебель, едва не упав.
– Забыл еще шлюху спросить, что мне делать, – противно усмехнулся он и наклонился, чтобы натянуть джинсы.
Оскорбленная женщина застыла, не отрывая ладони от горящей щеки и потупив глаза в пол.
– Мам? – послышался из темноты детский голосок.
Вздрогнув, Беатрис наспех попыталась прикрыть грудь лоскутами от верха платья и одернуть задранный подол. Но это нисколько не помогло ситуации выглядеть пристойно.
– Малыш, ты давно должен спать, – прошептала она, повернувшись к шестилетнему мальчишке в пижаме, который выглядывал из-за лестницы.
– Я не мог уснуть. Шумно… – виновато оправдался он и настороженно посмотрел на малознакомого мужчину, который запомнился лишь вонью дешевого одеколона, осквернившей семейное жилище.
Стянутое презрительным выражением лицо Харви мешалось с лицами других ухажеров Беатрис и складывалось в одну отвратительную картинку в сознании ребенка. Мальчишка не до конца понимал, что происходит с матерью и почему ей это нравится, но был убежден, что все неправильно. Что она не должна позволять так с собой обращаться и принимать мерзкие взгляды, а тем более впускать этих людей в их некогда уютный дом. Обида за маму и на маму разрасталась в негодующем детском сердце, прокладывая путь к разъедающей злости.
Беатрис многозначительно взглянула на Харви, и тот понимающе кивнул.
– Зайду в четверг после работы. – Он чмокнул ее в пылающую щеку, бросил на стол смятые купюры и, захватив недопитую бутылку самой дешевой водки, поспешил удалиться из дома.
Дома, ставшего свидетелем бесчисленных грехов.
Звонкий писк вырвал мужчину из раздумий, сообщая о готовности еды, но его рука так и замерла в воздухе. Заметив молчаливо стоящую Беатрис в новом наряде, он невольно расплылся в широкой улыбке. Она выглядела лучше, чем он представлял. По-настоящему элегантно. Так, как должна выглядеть женщина. Его женщина.
