Не ищи меня полностью

– Как ты вообще оказалась в моей квартире? – недоумевала сестра.

– Джей помог.

Звенящая пауза.

– Джей? В смысле, наш Джей?

– Да.

И вновь раздражающее молчание. Миллс даже боялся пошевелиться, чувствуя состояние Вивьен, но не мог удержаться. Отвел мешающую рыжую прядь и заправил за ухо, чтобы увидеть ее лицо. Нервно покусывая губы, Ви тяжело дышала. Она уже решила, что возникли какие-то проблемы со связью, но сестра вдруг проговорила:

– Хорошо. Это хорошо, что ты не одна… Я рада.

– Рада? Сара, вообще-то, ты должна быть здесь, со мной!

– Прости, все решилось внезапно, я забыла позвонить.

– Забыла? Издеваешься?! – не скрывала возмущения Вивьен. – Боже, ты не представляешь, что я пережила! Я была в гребаном морге, боялась, что ты…

– Успокойся, Вивьен, – строго приказала старшая сестра, но это сильнее распалило вспыхнувшее негодование Ви.

Она была готова сорваться, но крепкие руки Миллса удерживали на месте, не позволяя встать.

– С кем ты? Кто на этот раз оказался для тебя важнее, чем я?! Случайно, не какой-нибудь Чемберс?! – бессильно прошипела она, вкладывая всю свою обиду в слова.

Тишина колыхалась в динамике, а пульс гневно отбивался в висках. Болезненно зажмурившись, Вивьен ждала, что сестра вот-вот бросит трубку, но послышался дрожащий вздох с той стороны:

– Вот поэтому я не хотела звонить.

– Что?..

– Думаешь, мне нравится выслушивать очередные обвинения и твое бесконечное нытье? – резко отозвалась Сара, не щадя чувства младшей сестры.

Сухой ком в горле почти лишил Ви дара речи. Горечь и гнев превращались в горючую смесь в легких, а потерявшие цвет губы выпустили жалкий шепот:

– А что мне еще…

– Никто не любит нытиков, Вивьен, – перебила Сара. – Никто. А на праздниках людям хочется отдыхать.

«Я не нытик!» — собиралась бросить в ответ, но, словно в подтверждение упрека сестры, уголки глаз защипали предательские слезы, от которых Вивьен пыталась отмахнуться, дернув головой. Тщетно. Унизительный всхлип вырвался наружу, и она отвела от уха мобильник, больно закусив губу.

– Мне пора. Поезжай домой к родителям, – велела Сара, прежде чем бросить трубку.

Короткие гудки пришли на смену резким словам, и Джаред не решался нарушить молчание, продолжая заботливо скользить руками по хрупким плечам. Сердце сдавило от вида Вивьен, которая едва могла дышать от захлестнувшей обиды. Из последних сил она вырвалась из его объятий и вскочила с дивана.

– Ви…

– Сука! – зарычала она, отшвырнув мобильник, с треском приземлившийся на дощатый пол.

Нервно вышагивая из стороны в сторону, Вивьен вцепилась побелевшими пальцами в растрепавшиеся волосы. Лицо покрылось нездоровой краснотой, а слезы намертво застыли в глазах, словно она с трудом их удерживала.

Первым слепым инстинктом было обнять Вивьен. Миллс поднялся и подошел ближе, но она безмолвно замотала головой, выставив вперед трясущиеся ладони. За секунду Ви исчезла в темноте спальни, захлопнув с грохотом дверь. Оставшись беспомощно стоять посреди гостиной, Джаред грубо провел ладонью по лицу, усмиряя порыв последовать за девушкой, к которой тянулось все его нутро.

«Ладно. Ей просто надо побыть одной…» — убеждал себя он, а рука безвольно тянулась к карману с заветным флакончиком.

Но не успел он подумать о чем-то еще, как в соседней комнате послышался глухой дребезг.

Ворвавшись в спальню, Джаред на миг остолбенел от увиденного. Висевшее у шкафа зеркало поблескивающими осколками разбрызгалось по древесным половицам, а Вивьен сидела неподалеку, опершись спиной о стену.

– Господи Иисусе… – судорожно выдохнул Миллс, опустившись на колени рядом с ней. – Ты чего натворила?

В полумраке наступившего вечера стеклянный взгляд потухших янтарей смотрел в никуда, а уголки прежде чувственных губ нервно подрагивали. Осторожно, боясь сделать больно, Джаред коснулся ее кровоточащей ладони и, осмотрев, неодобрительно покачал головой. Его пальцы нежно погладили запястье, исполосованное тонкими ранками.

Вивьен не могла вымолвить ни слова, задыхаясь от отвращения к самой себе. Увидев в зеркале собственное перекошенное от жалких рыданий лицо, не выдержала. Грубые слова родного человека хлестанули прямо по больному. Казалось, внутри что-то оборвалось. Сколько себя помнила, Ви всегда тянулась к старшей сестре, глотала обиды, надеялась сократить расстояние, что возникло между ними после насилия в жизни Сары. Но в конечном итоге все попытки рикошетили от невидимой стены, оставляя отравляющую горечь вмятинами в сердце. А этот телефонный разговор словно топором отрубил ее тянущуюся руку.

С нее хватит.

Никто не может стучаться в наглухо запертую дверь вечно. Даже она.

Прикрыв глаза, Вивьен откинула голову, ощутив затылком прохладу стены. Пытаясь унять волны подступающих слез, дышала глубже, но горячие соленые дорожки ловко ускользали из-под прикрытых век, оставляя крошечные капли на дрожащих ресницах.

Вернувшись вместе с аптечкой и пакетом льда, завернутым в полотенце, Миллс вновь сел напротив и осторожно приложил холод к побагровевшей ладони.