Легкокрылка спокойно кивнула — похоже, она уже была введена в курс дела. Пухолап тоже кивнул. Ветрохвост слегка недоуменно посмотрел на глашатую, но тоже качнул головой — приказ есть приказ. Крылатый последовал их примеру.
— И главное — никому ни слова об этом задании! — продолжала пёстрая. — Это совершенно секретно. Вы можете рассказывать о находках только мне.
— Даже Молнезвёзду нельзя? — уточнил Крылатый, сощурив глаза. Откуда такая скрытность?
— Даже ему! — шикнула кошка. — Это приказ. Всё, теперь отправляйтесь. Удачи!
Вслед за старшими воителями и Пухолапом кот вышел из лагеря и лёгкой трусцой направился в знакомом направлении, чуть ёжась от порывов ветра. В голове крутились вопросы, связанные в первую очередь с вот этим вот напылением тайны на этой миссии. Зачем делать всё так скрытно? Почему результаты этого похода нельзя доверить даже предводителю? Неужели же Осеннецветик действует тайно от него?
В голове вдруг всплыл недавно подслушанный разговор, точнее, спор между Молнезвёздом и Осеннецветик. Ну конечно! Он так и не разрешил патрули на нейтральные территории. Выходит, глашатая ослушалась своего лидера, чтобы не сидеть на месте? Крылатый глянул на глашатую с сомнением. А стоит ли?
Он даже перестал придумывать, что скажет Цветинке при их разговоре, и постарался полностью сосредоточиться на миссии. Мудро было посылать с ними Пухолапа, который следил за племенем какое-то время раньше, ведь он может очень помочь. Да и остальные члены патруля были тщательно отобраны: Легкокрылка была прекрасной воительницей с острым умом, а Ветрохвост всегда подчинялся приказам с особым усердием и был незаменим в каких-либо патрулях. Крылатый невольно задумался о том, почему он сам попал в этот отряд, и пообещал сам себе оправдать ожидания. Хоть действовать против воли предводителя было неправильно, нарушать тем самым Воинский закон тоже, кот не мог не признать, что сейчас придерживался точки зрения Осеннецветик. Племя должно знать, что происходит.
Он не понимал, чем руководствуется Молнезвёзд. Его заявления были логичны только на первый взгляд, но, если вдуматься, почему он запрещает какое-либо расследование? Его собственного сына, в конце концов, тоже убили эти странные «лисы», неужели же ему не хочется отыскать виноватых? Может быть, он тронулся умом? Но он не похож на сумасшедшего. Здесь была какая-то тайная подоплёка, но какая — кот не мог уловить, как бы ни старался. Что бы ни помышлял предводитель, он действовал очень тонко, и нужно уметь видеть насквозь, чтобы узнать его истинные намерения.
«Даже Ветрохвост повиновался, несмотря на нарушение запрета Молнезвёзда. Почему? — подумал Крылатый, и внезапно в его голову пришло озарение. — Да потому что они не знают о запрете! Ведь слышали это только я и Сизокрылая с оруженосцами? Прямого приказа ничего не предпринимать не было, значит, закон мы фактически не нарушаем! Разве что Осеннецветик. Но она, должно быть, знает, что делает».
За водоворотами чувств и мыслей кот даже не заметил, как они добрались до заветной границы: он вынырнул из своих мыслей, едва не врезавшись в отца. Оглядываясь, он понял, что патруль остановился. Легкокрылка настороженно принюхивалась и, похоже, вовсе не хотела делать шаг за мнимую черту.
— Ну, чего мы ждём? Времени мало! — весело проворчал Пухолап и легко перешёл границу. Легкокрылка встрепенулась, будто только что проснувшись, и последовала за ним, как и оставшиеся члены отряда.
Теперь следовало смотреть в оба. Крылатый отгородился о мыслей о Молнезвёзде, Воинском законе, Цветинке и всём остальном и растворился в запахах леса, перебирая ниточки ароматов одну за другой. Коты были предположительно напротив того места, где погиб Тёплый, однако дождь сделал своё — чужеродных запахов не чувствовалось. Лишь что-то слабое, неуловимое висело в воздухе, но понять, чей это след и куда он ведёт, было почти невозможно.
— Есть что-нибудь? — через несколько минут спросила Легкокрылка: они продвигались вдоль границы на некотором расстоянии, и до сих пор никто не подавал ни звука.
— Нет, — глухо откликнулся Ветрохвост. Пухолап остановился и задумчиво посмотрел вдаль, в сторону чужой рощицы на горизонте.
— Мы не пройдём дальше? — спросил он, но ведущая патруль покачала головой.
— Нет, Осеннецветик ясно сказала обойти только ближайшие земли, да и времени только до заката, а у нас осталось всего ничего. Наверное, в следующий раз пойдём дальше. Или у тебя есть какая-то информация? — она пригнулась, возвращаясь к обнюхиванию кустов, а белый кот покачал головой. — Если эти коты или лисы были здесь всего два дня назад, то могли сохраниться хоть какие-то запахи…