— Они каким-то образом маскируют запах под лис, — подал голос и Пухолап. — Может быть, лисьим помётом или вроде того. Я не знал об этом, но теперь всё кажется складным.
— Да! — Крылатый с удивлением понял, что говорить даже легче, чем пытаться всё обдумать. — Сами посмотрите, неуловимые лисы, которые путают следы. Бродяги, которые нападают на нас периодически, смешанные запахи, которые мы находили, всё указывает на это. Пухолап, те бродяги пахли лисой?
Белый кивнул. Палевый присел, ощущая безмерную гордость и удивлённую радость — почему-то стало гораздо легче, когда он донёс свою мысль, и коты зашептались.
— Да, это имеет смысл, — кивнул Молнезвёзд. — Я думаю, нам всем стоит быть благодарными Пухолапу за спасение нашего товарища!
— Если Уткохвост очнётся и подтвердит, я поверю, — проворчала Легкокрылка.
— А я верю Канарейке, — крикнула Ночница. — Спасибо!
— Пухолап! — завизжал Солнцелап, и несколько котов подхватили клич. Молнезвёзд вдруг вскочил на Скалу, и Крылатый повернулся в сторону валуна. Что сейчас?
— Я думаю, настало время, — торжественно произнёс он. — Канарейка раскаялась в своих прошлых поступках, и, я думаю, мы можем верить ей, как и Пухолапу. Подойди ближе, Пухолап.
Белый сделал несколько шагов вперёд. Племя притихло. Пшеница толкнула в бок Крылатого.
— Наверное, его посвятят в воители! — горячо зашептала она. Кот кивнул. Он почти ощущал облегчение сестры. Интересно, считает ли она себя виноватой?
— Сегодня ты показал себя по-настоящему преданным племени воителем, так что я спрошу у тебя: клянёшься ли ты и дальше следовать Воинскому закону, кровью и честью защищая родное племя? Готов ли ты отказаться от своего прошлого ради нового будущего? Подтверждаешь ли ты, что действительно спас Уткохвоста, и при его пробуждении мы не обнаружим обмана?
— Да, я обещаю, — без промедления крикнул Пухолап, и со своего места Крылатый видел, как ярко горят зелёные глаза. — Я давно забыл о той жизни, которая была раньше. Я клянусь быть воином, достойным племени Ветра!
— Осеннецветик?
— Я считаю, мой оруженосец уже давно заслужил это звание, — глашатая кивнула коту, как показалось Крылатому, даже с радостью и гордостью.
— Тогда властью, дарованной мне Звёздным племенем, я даю тебе новое имя. Пухолап! — на поляне воцарилась тишина, а белоснежный кот, которого, похоже, уже не заботили собственные царапины, вскинул голову. — Я призываю предков взглянуть на тебя. Ты прошёл долгий путь. За твой окрас и лёгкость на подъем я нарекаю тебя Одуванчиком! Мы все запомним тебя, как кота, что не испугался вступиться за товарища в схватке и стоял до последнего.
— Одуванчик! — закричали сразу несколько котов, и всё племя нестройным хором подхватило новое имя кота. Крылатый тоже крикнул пару раз. Коты ликовали, и он тоже радовался, но нечто не давало ему покоя. Тем не менее, остальные, кажется, уже расслабились. Осеннецветик, вдруг потеряв всю напыщенность глашатой, с улыбкой толкнула Одуванчика в бок, а котят наконец выпустили наружу, и они, не понимая, отчего такой шум, тоже запищали.
Когда крики поутихли, Молнезвёзд взмахом хвоста остановил их и кивнул вниз.
— Мышеуска хочет сообщить новости.
— Спасибо, — Сумрачная кивнула предводителю в ответ. — Уткохвост всё ещё без сознания, и, хоть он жив, состояние тяжёлое. У него повреждена передняя лапа и множество ранений. Пока он не очнётся, его нельзя беспокоить.
— Но он ведь будет жить? — спросил Рассвет. Целительница пожала плечами.
— Всё в лапах Звёздных предков.
Это и беспокоило Крылатого. Уткохвост хоть и жив, но может не очнуться. Радость немного поугасла. Коты снова зашептались, и, хоть в их голосах звучала надежда, наравне с ней звенела тревога. Кот нахмурился.
— Ещё что. Канарейка, я запрещаю тебе выходить из лагеря под каким-либо предлогом, — повысила голос Мышеуска. — Ты и так очень слаба, а твои прогулки просто возмутительны. А теперь отправляйся в детскую и отдохни. Одуванчик, зайди ко мне, я обработаю твои раны.
Пёстрая королева виновато кивнула и забралась в детскую. Новоиспеченный воитель пошёл к целительской.
— Молнезвёзд! А как же бродяги? Теперь-то мы найдём их? — крикнул Завитой. Крылатый встрепенулся. Да, точно! Но предводитель покачал головой.
— Нет. Мы должны выждать некоторое время.
— Но почему? — палевый встал. — Гораздо лучше будет найти их по свежим следам. И потом, сколько можно ждать? До очередного убийства?
— Сейчас мы не сможем найти их, — отрезал кот. — Они искусно заметают следы. Я считаю, нам нужно отложить это дело. Когда они потеряют бдительность, тогда мы пойдём их искать.
— Молнезвёзд! — Осеннецветик, снова серьёзная, как всегда, попыталась возразить, но тот резко мотнул головой.
— Нет, и точка.
— Совсем с ума сошёл, — проворчала Сизокрылая, когда предводитель подошёл к ней. — Хотя, возможно, доля правды есть. Ведь в прошлый раз, когда кое-кто попытался разведать нейтральные земли, эти коты чуть не ранили моих сыновей! Милый, ты уверен, что так мы убережем себя, а не запрем в лагере? — кот тихо заговорил в ответ.