— Хах, я их понимаю. Конечно, они не могут мне довериться. Я даже почти уверен, что своим нападением бродяги хотели, чтоб вы обвинили во всем меня.
— Ну это же неправда! Ты ведь обязательно скажешь племени, если вдруг что-то узнаешь? Обещаешь? — с нажимом произнесла она, глядя прямо в глаза цвета первой листвы. Пухолап прикрыл веки.
— Обещаю.
Комментарий к Глава 24.
Пытаюсь раскручивать сюжет. Шесть страниц, хах, медленно скатываюсь обратно к норме-пятистраничке. Надеюсь, глава нормальная вышла.
========== Глава 25. ==========
Пролетела целая луна сурового сезона, который, тем не менее, был необычайно мягок к котам в этот раз. Холода и морозы никуда не делись, но они были не смертельны, и даже котята, которые так легко могут простудиться, каждый день весело играли в снегу. Лишь Цветиночка простыла однажды, но травы Тёплого за несколько дней вернули её в обычное состояние. Племя Ветра радовалось солнечной морозной погоде, ровно как и теплой пасмурной, и больше никто не страшился эпидемии Зелёного кашля или смерти от морозов, как в самом начале. Ученики тренировались, котята росли и играли, воители ходили в патрулирование и на охоту, даже Пухолап быстро прижился в племени, хоть и находились ещё те, кто вешал на него все подозрения. Ничего не омрачало обыденной жизни котов. Почти ничего.
Хоть бродяги и не нападали больше, на границе изредка появлялся их слабый запашок, смешанный с запахом дичи. Учитывая, что дичи и так было немного, это возмущало котов, но, когда они попытались проследить по запаху, куда ушли ворюги, их постигла неудача. Запах был настолько слаб и так петлял, что вскоре пропадал совсем где-нибудь в заброшенном всеми овраге. Некоторые предполагали, что они натирают шкуру снегом, чтобы тот ослабил их запах, как смываются запахи после дождя.
А ещё лисы. Слава звёздам, у племени Ветра пока не пропал и не умер ни один кот, зато в Грозовом племени нашли мертвого ученика прямо на границе. Тогда снова вспыхнул конфликт между двумя племенами, но битвы не было. Патруль, состоящий из котов обоих племен, пошел по следу, но и тут их постигла неудача. Запах просто резко обрывался, и все. Теперь на пустошах коты ходили не по двое, а по трое, на случай возможной опасности, особенно вечером и ночью.
Сейчас все было тихо и мирно, стоял относительно ясный день, и племя собралось в лагере. Солнце проглядывало сквозь дырявое, разорванное облако, будто ему тоже не хотелось вылезать из палатки, но ветер нещадно стягивал с него уютное убежище. Сверкающий снег хрустел под лапами котов, которые переминались с лапы на лапу, чтоб не замёрзнуть от сидения на одном месте. Взгляды были устремлены на Скалу, а точнее, на черную с белым кошку под ней, что сейчас самодовольно ухмылялась неизвестно кому.
— Лазолапка! Обещаешь ли ты служить своему племени, не покладая лап, соблюдать Воинский закон и защищать своё племя ценой собственной жизни?
Секундная заминка, и ухмылка стала чуть шире.
— Обещаю.
— Тогда властью, дарованной мне Звёздным племенем, я даю тебе новое имя. Лазолапка! Отныне тебя будут звать Пролаза. Предки знают о твоей гордости и силе, так направь же эти качества на служение племени, как полноправная воительница!
Молнезвёзд соскочил со Скалы и торжественно возложил подбородок на голову долговязой кошки. Та лизнула его в плечо и отстранилась. Предводитель кивнул котам, и тут же поляна разразилась приветственными воплями. Как ни крути, новая воительница — всегда праздник, какой бы несносной она не была в последнее время.
Крылолап покричал немного вместе со всеми, а после присел обратно в насиженную ямку в снегу. Возле его лап ютилась подросшая за луну Цветиночка. После того, как она один раз простыла, кот стал садиться рядом с ней на собраниях, чтоб она не замёрзла вновь. Он снова посмотрел на Пролазу, пытаясь привыкнуть к новому имени соплеменницы. Облачко пара вырвалось из его пасти и тут же рассеялось. Он опустил взгляд.
— Не мёрзнешь? — спросил он, наклоняясь немного к трёхцветной малышке. Она помотала головой.
— Нет. С тобой так тепло!
Эти слова согрели душу Крылолапу. Цветиночка была необъяснимо дорога ему, и возможность защитить её от всех возможных несчастий казалась подарком судьбы. Он не знал, с чего вдруг так привязался к этой кошечке, но понимал, что она ему дорога так же, как и Пшеницелапка, а ведь сестра с детства была самой близкой кошкой. Цветиночка завозилась и вылезла из ямки, после отряхнула шёрстку от приставших снежинок, потешно зажмурившись от усердия. Крылолап аккуратно погладил её по спинке хвостом, смахивая пару особо липких белых крошек.
— Ты куда-то уходишь? — поинтересовался он.
— Я кушать хочу, — кошечка глянула в сторону кучи, затем снова на кота. — Тебе принести мышку?