— Мы хотели поискать Туманницу! — сердито пискнул Солнушек и попытался вырваться, но Сизокрылая решительно схватила его за шкирку.
— Эй! Я не малыш! Пусти-и! — заверещал котик. Кошка отнесла его в детскую, а после повернулась к дочери.
— Цветиночка! Идём к нам, милая, простудишься! — вновь нежно проговорила она, метнув быстрый взгляд на оруженосца, который невольно распушился. «Да не собираюсь я ничего плохого с Цветиночкой делать только потому, что мой отец — твой бывший!» — подумал он и тут же устыдился собственных мыслей. Конечно, Сизокрылая беспокоилась за котят. Он подтолкнул носом кошечку.
— Иди к маме. Потом увидимся, — шепнул он, и Цветиночка доверчиво закивала. После быстро лизнула его маленьким тёплым язычком в щеку и побежала к детской. Крылолап даже замурлыкал от теплых чувств к этой малышке и поперхнулся, когда подумал об этом. «Ой, да какие чувства. Она просто очень милый, красивый, добрый и весёлый котенок!» — неуверенно подумал он, но ещё один зевок прервал все мысли.
Вскоре оруженосец уже направлялся к воинской палатке. Вчера он довольно поздно лёг, а сегодня встал до рассвета, и, как ни грустно было это признавать, он действительно устал. Серогрив, в очередной раз наблюдая, как всегда расторопный ученик проваливается лапой в снег на поляне, дал ему особое задание. «Иди поспи!» — примерно так звучал приказ наставника. Коту было очень неловко идти отдыхать посреди бела дня, когда все товарищи работали на благо своего племени, но он ничего не мог с собой поделать. Главное, не проваляться до самого вечера! На этот раз он шёл не к детской, ведь сейчас котята как раз активно играли там. Он направился к воинской.
Крылолап скользнул в палатку с намерением вздремнуть и так и замер, услышав где-то за стеной голоса. Он не хотел подслушивать, нет, но сила любопытства заставила его остаться на месте, пока совесть колотила его изнутри.
— Пошли погуляем? — голос принадлежал, похоже, Уткохвосту. — Знаю, вчера ты была занята, но, может, сейчас пробежимся по холмам?
— Нет, прости, я… пока не могу, — второй голос ожидаемо был Пшеницелапкин. Крылолап быстро оглянулся по сторонам, затем прилёг на свободную подстилку у края куста и слегка примял её лапами. Голос сестры был слегка раздраженным, но мягким, будто она пыталась сгладить свои слова. — У меня… тренировка скоро будет, вот.
— Ну, а завтра? — последовала небольшая пауза. Как-то не в духе Пшеницелапки было придумывать оправдания. Она что, смущается? Не хочет расстраивать друга? Неужто взрослеет?
— Слушай, я когда смогу, то сразу-сразу тебе скажу, и, может, сходим вместе на охоту или в патруль. Да и вообще, Молнезвёзд сказал ходить по трое, особенно если в компании оруженосцы, вот!
Собеседник кошечки промолчал, и Крылолап, совершенно забыв, что он подслушивает за стенкой и вообще спать хотел, взволнованно подался вперёд. Он практически шкурой чувствовал напряжение между говорящими и был готов поклясться, что Пшеницелапка сейчас перебирает лапами и поглядывает в сторону лагеря.
— Ну, я, наверное, пойду, потом уви…
— Постой! — на этот раз Уткохвост сказал это даже громче положенного, и после наступила секундная неловкая заминка. — Я… просто выслушай.
— Ну чего ещё? — вздохнула ученица, и затем послышался хруст снега. Наверное, решила присесть.
— Я, наверное, очень пожалею потом, что сказал тебе это, и ты, наверное, уже и сама знаешь, но… — речь прервалась, а Крылолап весь обратился в слух, хотя предполагал, что сейчас прозвучит. — Т-ты мне очень нравишься! Я поэтому тебя постоянно гулять зову или ещё что-то! Вот…
— Ну, эм… Да, я знала, что ты в меня влюбился, — голосок кошки слегка сменил тон и стал более медленным. — Даже не знаю, что тебе на это сказать… Ну, я тебя не люблю.
— Как я и думал.
— Нет, ну ты не обижайся, а то потом будешь кукситься! Я не говорю, что ты плохой или что-то в этом роде. Ты хороший друг, и я бы могла и дальше дружить с тобой! — Пшеницелапка заговорила увереннее, и её слова теперь будто бы несли в себе какую-то непонятную силу, еле уловимую. Крылолап напрягся. Она что, сейчас применяет Убеждение или что?..
— Остаться друзьями? — переспросил голос Уткохвоста.
— Ну да! То, что я тебя не люблю, не значит, что мы не можем общаться, как раньше. Давай мы просто сделаем вид, что всего вот этого неловкого не было, м?
— Наверное… Знаешь, я даже рад, что наконец признался. Как-то легче стало, — послышался нервный смешок. — Только давай не будем разносить эти новости по всему племени.
— Как хочешь. Тогда всё, оставим эту тему? А то неловко как-то.
— Ну хорошо… Будем друзьями. Ты, если что, обращайся. А я пойду, — снег вновь захрустел и зашуршал.
— Куда? — снова шорохи.
— Попрошу Осеннецветик пойти вместе с ней и с Пухолапом на тренировку, а то они не знали, кого третьим взять. Ну, давай, пока!