Так-то оно так… Только вот после шести дней всяких издевательств удастся ли мне сохранить рассудок? Или милосерднее будет пристрелить? Нет, Ромаш прав – нельзя паниковать, нельзя сдаваться… Нужно барахтаться до последнего, иначе меня убьёт не боль, а страх и уныние.
Ну, Сарай, ну, падла… Вот почему человеку спокойно не живётся? Я, можно сказать, только жить начал – любимых своих обрёл, в Школу Альтернативных Наук поступил – и тут такая здоровенная птичка Обломинго. Сжечь они меня собрались! Сейчас! Как бы самим не обломиться!
Я почувствовал, как внутри меня нарастает тугая волна горячей злобы, а в следующую минуту это тугое и горячее скользнуло в кончики пальцев, немилосердно обжигая их. Чтобы избавиться от жара, я встряхнул пальцами… и по воздуху в сторону Каноников пронеслась огненная волна. Прутья клетки она как-то миновала, однако Каноники обладали хорошей реакцией, и от сполохов пламени сумели увернуться, прихватив с собой чокнутого главу государства.
Ух, как они удирали в темноту… Прямо как тараканы с больничной кухни при включённом свете… Кажется, никто не пострадал, но само зрелище было настолько феерическим, что я рухнул на пол клетки, корчась от смеха.
«Молодец, Хозяин! - радостно поддержал меня Ромаш. – Пусть они тебя боятся! А твои самцы тебя спасут, непременно спасут! Они тебя почувствуют – ведь у вас связь установилась!»
Ну, ладно, хоть что-то хорошее в этом дурдоме.
Отсмеявшись, я огляделся вокруг и начал размышлять. Похоже, что пламя, которое у меня вырвалось, что-то нарушило в магии клетки – толстенные прутья больше не светились. Я дотронулся до одного из них, проверяя свою догадку, и убедился, что это самый обыкновенный металлический прут, и магии в нём нет ни грамма. Конечно, это радует, только вот даже самый обыкновенный прут является для меня непреодолимым препятствием - я ж не Илья Муромец.
А в темноте вновь наметилось какое-то шевеление. Я присмотрелся. Показался давешний карлик, выглядевший вполне довольным жизнью. Приблизившись к клетке, он покосился на меня с некоторой опаской, и видя, что я не собираюсь вновь выпускать огненную волну, тут же обнаглел:
- Ничтожный мальчишка! Великий Сарайа милостиво предупреждает тебя, что скоро начнётся очищение твоей души! Молись же, ибо страдания твои будут велики! Многие верные желают помочь очистить душу твою…
И гадко так ухмыльнулся, сволочь…
- А чтобы ты больше не использовал свою мерзкую магию и не пытался бежать…
Предложение осталось незаконченным, так как карлик щёлкнул пальцами, и из темноты хлынули огромные, каждый с телёнка размером, бурбуры, окружая клетку двойным кольцом.
========== Глава 59. Заклятие Первого Сарайа ==========
Карлик щёлкнул пальцами, и из темноты хлынули огромные, каждый с телёнка размером, бурбуры, окружая клетку двойным кольцом.
«Бурбурбурбур…» - зазвучало у меня в голове. Ну, понятно, их же много, так просто одну мысленную волну от другой не отделишь. Но эти придурки-фанатики, к счастью, не знают, что бурбуры – это отнюдь не самое страшное для меня. Договорился же я с охранниками Эриловой сокровищницы в своё время – может, и с этими договорюсь. И вообще, Ромаш тоже молчать не будет… так что всё не так уж плохо, товарищи, мы ещё побарахтаемся.
Карлик же злобно усмехнулся, твёрдо уверенный в том, что я напуган до смерти, и гордо удалился. Бурбуры же неподвижно замерли, глядя на меня.
«Бурбурбурбур…» - продолжал слышать я. Попытки отделить одну мысленную волну от другой пока успехом не увенчивались, но я не терял надежды. К тому же, когда карлик ушёл, из капюшона гордо вылез Ромаш и надулся, прищёлкивая хелицерами. Некоторое время «бурбурбур» продолжалось, а затем Ромаш внёс свежую струю в общение, громко рявкнув:
«А ну заткнулись все! Совсем оглушили Слышащего!»
В «эфире» моментально настала мёртвая тишина, теперь бурбуры просто на меня таращились, и, хотя мимика у пауков отсутствует в принципе, я углядел, как сменяют друг друга удивление… недоверие… раздумье… узнавание…
Затем самый крупный бурбур сделал шаг вперёд и просунул волосатую лапищу толщиной с моё запястье между прутьями клетки. И я услышал:
«Господин… господин Слышащий… позволь дотронуться до тебя… я не причиню тебе вреда, клянусь… Я, Маа-йа, мать всех… Это всё мои дети… мои потомки… Когда-то нас подчинил себе тот, кого люди называют Великим Сарайа, и с тех пор мы служим им… Мы устали, устали… Освободи нас от клятвы… Если ты Слышащий – ты сможешь сделать это…»
Паучиха-матриарх была воистину огромна, величественна и стара. Даже многочисленные щетинки, покрывавшие её тело, побелели…
«Вы так долго живёте?» - поразился я, приблизившись, а затем наклонился и дотронулся до сухой лапы, покрытой мягкими и лёгкими седыми щетинками.
Маа-йа заметно вздрогнула, когда я начал поглаживать её лапу – вполне себе приятно, никакой брезгливости я не испытывал.
«Мы долго живём… - отозвалась расслабленно паучиха. – А я вообще живу куда дольше, чем хотелось бы, и видела слишком много. Но теперь я рада, что прожила так долго, что своими глазами увидела Слышащего, который освободит нас…»
