Во всяком случае, фарт и бурбур тоже по мере сил скрашивали мне пребывание на больничной койке, но я скучал всё равно. Чувствовал я себя замечательно и страстно мечтал приступить к занятиям в пока ещё неведомой мне Школе. К тому же мне не терпелось обсудить услышанный разговор Императора и Целителя Гонзария хотя бы с Эрилом. Ну, и Аралианом, конечно, тоже, но я не знал, как он воспримет эту информацию. Аралиан до сих пор не рассказал нам, как оказался сначала в рабстве, а затем – в Тибурее, но из некоторых неясных намёков я понял, что в этом замешан не кто иной, как нынешний Императорский наследник. И чем это нам грозило – пока было рано говорить…
Но всё рано или поздно проходит, вот и на третий день после обеда Целитель Гонзарий заявил, что с завтрашнего дня я могу приступить к учёбе, чему я несказанно обрадовался.
К тому же с того самого момента, как я очнулся в палате госпиталя, меня не покидало странное ощущение – словно кто-то следил за мною. Но когда я осматривал палату, коридор и вид из окна вторым зрением, то ничего странного не замечал. Может, это попросту нервы расшалились? Хотя, какие нервы? Спал я спокойно, без всяких кошмаров, ел с аппетитом и пил все зелья Целителя с похвальным рвением – лишь бы меня поскорее отпустили из этого гостеприимного места. И мои старания увенчались успехом – на третий день Гонзарий заявил, что я практически здоров, Сила моя восстанавливается с поразительной быстротой, и что когда Эрил с Аралианом придут ко мне после обеда, я могу отправиться с ними. Правда, непременным условием моей выписки вредный Целитель указал непременные проверки в госпитале каждые три дня. А когда я, скрипя зубами, согласился, то на столике у моей кровати мгновенно возник ларчик с полусотней разноцветных бутылочек. А когда я попробовал возмутиться, Целитель Гонзарий заявил, что моё здоровье должно быть в безопасности, а закончить курс зелий мне нужно в течение недели. Хотя, если я не уверен, что смогу принимать их вовремя, то он, Целитель, будет только рад задержать меня в госпитале на недельку-другую… Напуганный этой ужасающей перспективой, я клятвенно пообещал выпить всё до капли, и Целитель-шантажист вышел из палаты весьма довольный собой, прежде чем я успел понять, что меня банально развели.
Но деваться было некуда, я в последний раз прошёл весь курс процедур в госпитале, плотно пообедал и стал дожидаться моих супругов, которым Целитель обещал сдать меня с рук на руки. Время тянулось медленно, и я взял со столика кристалл, где осталось ещё несколько непрослушанных историй. Я уже хотел настроить одну из них, и тут что-то внутри тоненько тренькнуло, словно предупреждая… Нет, я не чувствовал опасности, но на что-то мне явно следовало обратить внимание. И снова возникло странное ощущение – за мной наблюдают. Интересно… Я откинулся на подушку, кристалл выскользнул из руки, и я сделал вид, что задремал.
В дверях палаты мелькнула неясная тень. Кто это? Тот, кто следил за мною? Внутренне я напрягся – неужели нападёт? Но странный визитёр - кстати, весьма неприметный с виду, с каким-то стёртым лицом – и захочешь, не вспомнишь, заглянул в палату и исчез. Зато в дверях появился второй – красивый молодой мужчина, одетый довольно скромно, но чувствовалось, что такая скромность ему непривычна. Куда эффектнее он смотрелся бы в дорогих придворных одеждах. И ещё… В чертах лица молодого мужчины было нечто общее с Аралианом – почти неуловимое, но было.
Странный визитер стоял в дверях, не делая попытки причинить мне вред или приблизиться. Лицо его было нечитаемо, каменно-спокойное, как у индейского вождя. Я наблюдал за ним из-под полуопущенных ресниц, а затем рискнул глянуть вторым зрением… и с трудом сумел сохранить лицо и позу спящего человека.
Каких трудов мне стоило не заорать и не отшатнуться – знаю только я. И смотреть на этого… этого… внутренним зрением я решусь ещё не скоро. Потому что «кокон» этого молодого и красивого мужчины выглядел, как изъеденный плесенью тухлый кусок сыра, а «нити», обвивавшие его, напоминали клубок шевелящихся змей. Ничего гаже я в жизни не видел. Может, это некромант, каким-то образом сумевший пробраться в госпиталь? Но нет – защита Школы попросту не пропустила бы его. Но ведь ЭТО она как-то пропустила?
Я лежал в полном шоке, продолжая притворяться спящим, и не знал, что делать. Позвать на помощь? Заорать? Но если этот визитёр прошёл в госпиталь, не значит ли это, что его подлинную суть могу видеть только я?
И Фелька с Ромашем, как назло, куда-то запропастились…
К счастью, ситуация разрешилась сама собой. На пороге палаты возник Целитель Гонзарий и шёпотом поинтересовался:
- Позволь спросить, дорогой племянник, что ты тут делаешь?
