— Они дураки. Знали, против кого прут. Знаешь, мне откровенно насрать, как кончит эта падаль. Но Пирсу виднее. Сказано — найти и доставить живьём, значит так и надо сделать. Я так понял, ему нужен очередной подопытный кролик, чтобы испытать сыворотку… Ты хочешь оказаться на его месте?
Сыворотка… Надеюсь, не та хуета, что сделала из Барнса тостер с голосовым управлением? Хотя, электрошоковая терапия из кого хочешь тостер сделает. Я согласен, если впорят что-то типо снадобья для Кэпа. Я б даже сам жопу под уколы подставил. Но зная Пирса, предположу, что очередной эксперимент кончится не в мою пользу.
Наследие Арним Золы не даёт ему покоя, и он ведёт свою игру уже очень давно. Мало ему тотального контроля над миром, мало ему лишить людей как таковой свободы выбора, ему надо создать универсальных солдат, машин смерти, вроде «Баки» Барнса, чтобы поддерживать порядок в своей новой империи волков. Видал я этот тостер. Лежит в холодильнике, ждёт очередной команды. В глазах — ни печали ни радости, бездумный агрегат. Нахуй такое надо.
Чёрт, надо выбираться отсюда как угодно. Пытаюсь бесшумно выкрутить запястье из хомута. Не выходит. Тонкий пластик впивается в кожу, прорезая её аж до сустава. Нет, так не выйдет. Впрочем, если пустить себе кровь, можно будет высвободить одну руку по скользкому. Идиотская идея. Но других у меня пока нет.
— Притормози вон там на повороте. Отолью. За одно и глянем старичка, вдруг копыта откинул… — усмехается Роллинс.
Старичка? Копыта откинул? Да ты, братец, охуел! Бесстрашный, когда знаешь, что я ничего не могу сделать. Но это ненадолго. Машина замедляет ход и я явственно ощущаю, как мелкий гравий стучит в брюхо. Значит, мы на какой-то удалённой от федеральной трассы дороге. Тем лучше. Инерция толкает в спину, когда машина окончательно останавливается. Поддаюсь ей, изображая бесчувственный мешок картошки. Хлопает пассажирская дверь. Роллинс отходит в сторону. Слышу шаги по гравийке, что-то ворчит в темноту.
Фриско пару секунд вошкается на водительском и тоже выскакивает из машины. Пытаюсь согнать слабость и муть в башке, оставшуюся после транквилизатора.
— Блядь! Нет, ты это видел? — слышу возмущение Фриско. — Ебать, ты место выбрал конечно…
— Что там?
— Колесо спускает… На что-то наехали. Пизда блядь…
— В чём проблема, я не пойму? Возьми и поменяй, — рычит недовольно Джек, обходя машину, — я пока проверю Рамлоу.
Ага… Мой звёздный час. Или последние секунды жизни. Сердце стучит ровно, гоняя вскипающий адреналин. Поджимаю ноги как можно ближе к груди. Будет очень и очень больно, но некогда этого бояться. Как только открывается задняя дверь и Роллинс втискивает свою тушу в салон, чтобы дотянуться до меня, бью его в грудь ногами. Отлетает, здорово прикладываясь зализанной башкой об арку двери, падает на задницу, держась за затылок. Где-то рядом нихрена не понимающий Фиско вытаскивает из багажника инструменты и запаску. Напрягаюсь чтобы разорвать хомут. Боль адская, но жить хочется больше. Цепляю стяжку за фиксатор ремня безопасности, всё это время упирающийся мне в поясницу. Никаких изменений, лишь больнее вгрызается в кожу хомут, срывая, рассекая до крови. Ещё одно усилие, рывок. Пластик лопается с таким звоном, что я по инерции ударяюсь локтем об подголовник сиденья, забрызгивая кровью стекло. Открываю дверь, и хватаясь за арку рывком выбрасываю себя из машины. Фриско уже тут как тут, замахивается монтировкой. Зрение и реакция меня подводят. Успеваю лишь отскочить, как тот бьёт прямо в крышу, туда, где секунду назад была моя башка. Ах ты ж пидрила… Вскипает ярость… Откровенно говоря, что происходит дальше, я почти не помню. Какие-то вспышки, обрывки, крики.
Прихожу в себя, обнаруживая над головой ночное небо. Под ногами шуршит асфальт. Где я, блядь?! Как я тут оказался? Могу предположить лишь, что меня в какой-то момент просто накрыло. Руки дрожат, словно я всю ночь бухал или жёстко тренировался. В груди всё горит огнём, дышать больно. Похоже, Джек постарался, переломав мне всё, что можно. По крайней мере именно так ощущается в правом боку. Вдох даётся с трудом. Болят руки. Левая опухла, побагровела. Чёртов пластиковый хомут, перебил вену, разорвал кожу. Ощупываю рану на запястье. Большая… Надо срочно чем-то её залатать. Правый глаз заплыл и чтобы разглядеть, что творится справа от меня, нужно изрядно повертеть башкой. Куда идти — не имею ни малейшего представления. Что стало с бывшей командой я не помню. Я искренне надеюсь, что убил обоих. Надо найти укрытие и перевести дух.
***??.
Вокруг темнота.
Попытки пошевелиться ни к чему не приводят. Очень болит голова и между лопаток. Чёрный «Кадиллак Эльдорадо», лёгкие шаги и удар током — всё, что я помню. Руки болят, и когда я шевелю ими, в запястья врезается верёвка. Я в плену. Я в плену? В плену?!
Истеричный смех накрывает внезапно. Это какой-то сюр. Просто быть того не может. Я была уверена, что Рамлоу и есть серийный убийца, которого я столько ищу… В этот раз моя беспечность не сойдет с рук.
