— Мы рассматриваем вариант, что этот ребенок от меня. Это я проверю. Но… Я не смогу видеть его каждый день. И неизвестно ещё как себя Юля повёдет, узнав о том, что вместе мы жить не будем. И насколько часто позволит нам с ним видеться. Или мне потом через суд у неё встречи с ребенком требовать?
— Пфф… Ну это ты очень далеко сиганул в своих размышлениях. Он ещё даже не родился. Но одной жопой на два стула тебе сесть не удастся. Так что придётся кого-то отодвинуть на второй план. Или своего Тёму… Хотя его ты даже не отодвинешь, а просто потеряешь с концами. Он тебе это уже прямым текстом сказал. Или ребёнка. Но, при втором варианте — ты сможешь сохранить обоих.
Вот оно! Та решающая здравая мысль, которая всё расставляла на свои места. Или сберечь обоих или потерять Тёму. Какие тут могут быть сомнения?
Дима даже со стула подскочил, на котором вот только что сидел понурый и злой. Засуетился весь, засобирался куда-то.
— Куда понесся, конь ретивый? — Саша снова не удержалась от шпильки в адрес друга.
— К Тёмке! — Дима удивленно замер на месте. Теперь-то что не так?
Хмыкнув себе поднос, Саша тяжело вздохнула и снова покачала головой.
— Оставь парня в покое. Тем более, что он сам тебя просил дать вам время. Сначала наведи порядок в своей жизни. У тебя столько незакрытых вопросов! Узнать твой ли это ребенок. Поговорить с родителями. Обсудить вопрос с Юлей, если это все же твоё дитё. И даже, если не твоё. Потом уже только стоит нестись к своему Тёме. А то прибежишь сейчас, переполошишь его, дашь ложную надежду только. А потом ему что делать? Опять ждать пока ты решишь все свои проблемы?
— Это очень долго! Ты сейчас обнадежила меня и снова прибила к земле. Я не хочу ждать!
— Детский сад какой-то. Хочу — не хочу… Ты понимаешь, что с любимыми людьми так не поступают? — Сашка швырнула в Диму удачно попавшимся под руку полотенцем. — Ты к своему парню должен прийти со всеми решенным вопросами, завернутым в розовую… нет, лучше в голубую ленточку. И надеяться, что он тебя не пошлёт. — сложив руки на груди, грозно зыркнула на него. — На его месте я бы тебя вообще послала. Нафига ты вот такой нужен? То прибежал, то убежал. Ты ж мужик, в конце концов. Где твоя решительность, стабильность? Придя обратно, ты должен доказать ему, что ты теперь с ним, что никуда не уйдешь, что многое сделал для того, чтобы вы были вместе. Ничего из этого у тебя пока нет. Одни слова.
Дима плюхнулся обратно на стул, хмуро глянул на подругу.
— Ты деморализатор какой-то… Сначала окрылила, потом прибила.
Закатив глаза к потолку, Саша заворчала себе под нос, как человек теряющий терпение.
— Ну вы посмотрите не него! Что за сопли? А ну соберись давай и планируй шаг за шагом, что нужно сделать. Совсем тебя твоя любовь расквасила. Кто из вас двоих должен быть более сильным духом? Ты — вчерашний натурал и прагматик? Или Тёма — давнишний гей и творческая душа? Я конечно не стану утверждать с вероятностью сто процентов, не знаю, как там распределяются роли в нетрадиционных парах. Но считаю, что ты должен себя вести более мужественно. Хотя бы потому что еще совсем недавно именно ты бил себя копытом в грудь и повторял «Я — мужик».
Да, Диме было над чем подумать. Он вернулся домой, чтобы переварить все услышанное и спланировать, что и в какой последовательности делать. Но постоянно отвлекался на мысли о Тёмке. Где он? Как сейчас? Промучался несколько часов. Плюнул на всё. Рванул из квартиры. Опомнился только под домом светлячка.
Уже стемнело. Но свет в его окнах не горел.
— Охренеть… Дежурю под окнами, как Ромео. — проворчал недовольно себе под нос, сидя в машине и поглядывая на окна. Но никуда не уехал.
Прошло несколько часов. Но свет в окнах так и не зажегся. Дима занервничал. Поднялся на нужный этаж, позвонил. Но никто ему не открыл. Постучал. Ничего не изменилось. Ещё больше разнервничался.
— Чего тарабанишь? — в соседнюю дверь высунулась какая-то бабка.
— Здравствуйте. Я Тёму ищу.
Его смерили подозрительным взглядом.
— Тёма — мальчик хороший. А ты кто такой, чтобы я тебе про него что-то рассказывала?
— Я?… — Дима запнулся. Что сказать? Друг? Звучит, как будто опять отказывается от него и их отношений. Мой парень? А вдруг бабка не знает, что Тёма — гей. Ещё жизнь ему усложнит. — Ему плохо недавно было. Я скорую вызывал. Хотел узнать, как себя чувствует сегодня.
Соседку видимо удовлетворил такой ответ. Открыла дверь шире, осмотрела с ног до головы, но уже не таким недобрым взглядом.
— Нет его. Днём еще уехал. Видать к матери. Потому что с сумкой. А чего это ты не на телефон ему звонишь? Вы ж, молодежь, только по телефону и умеете общаться.
— Разрядился у него телефон. Спасибо. До свидания.
Выскочив на улицу Дима глубоко вдохнул кислород. А если Тёма не к маме поехал, а от него сбежал? Набрал его номер. Абонент — не абонент. Постарался себя убедить, что он просто его отключил. Вот как раз-таки для того, чтобы Дима не названивал.
