Мы быстро завтракаем, а потом смеемся, когда родители возвращаются тоже вместе. Отец Даши уходит, сославшись на работу, даже не ворчит, только чуть косо поглядывает. А мама рассказывает, что они, вообще-то, не просто одноклассники, а бывшие влюбленные. Два года в школе встречались, но после выпускного разошлись, мама встретила отца, а Юрий Николаевич другую женщину, и больше они не виделись. Ну, до этого раза.
— Вот видишь, почти тридцать лет люди не общались, а сейчас им комфортно друг с другом, — говорит Даша, провожая меня уже на улице. Маме не сказал, куда еду. Сообщу, если результат будет хороший. Иначе она снова будет плакать. — И у вас все будет в порядке! — видит рыжая, что тяжеловато мне всё это даётся. Поддерживает. Точно золотая девчонка. — Напиши мне, хорошо?
— Позвоню, — для храбрости целую Дашку пару секунд и сажусь в машину, настраиваясь.
Волнение накатывает периодически, но очень стараюсь ни о чем не думать. Если они счастливы без меня и у ребенка есть другой отец — уеду и не буду трепать нервы никому. Если картина мира чуть больше в мою сторону — буду бороться.
Я знаю, что они живут в доме, в котором когда-то жили мы вместе. Он достался мне от деда, мы сделали там ремонт, при разводе не претендовал на него, потому что не мог выгнать ребенка на улицу. В соцсетях пару раз видел фотки знакомого двора, и понял, что они не переехали. Тем лучше. Проще будет искать.
От Дашки приходит сообщение, что все будет в порядке, и эта поддержка действительно немного заряжает на веру в успех. Будет, обязательно. Каким бы ни был исход.
Стрёмно приезжать к ребенку, когда вы не виделись кучу лет. И вроде понимаю, что не виноват ни в чем, просто сложилось так, но… Не знаю. Надо было давить до конца ради ребенка. А я струсил. Бросил. Перестал бороться. И как теперь в глаза ей смотреть — не знаю.
Паркуюсь у двора, сразу слышу лай собаки. Судя по всему, шавка какая-то мелкая. Забор у дома все тот же, только цветов рядом больше стало. Это не деревня, поселок небольшой, до города близко и обустроен классно. Тут круто жить. Мне нравилось. Природа, речка рядом, лес.
Стучу пару раз в калитку, но ответа никакого, и тогда совсем наглею и захожу внутрь. Предположения по поводу собаки оправдываются, когда на встречу бежит волосатое нечто, размером с мою ладонь, наверное. Защитник, лает так звонко, что уши закладывает.
— Кекс, ну чего ты разрываешься? — выходит из дома Юля, ругаясь на собаку, и тут же замирает, увидев меня.
Последняя наша такая встреча закончилась лютым скандалом. Она кричала, что я самый ужасный в мире отец, который даже знать не достоин, что у него есть ребёнок.
Сейчас Юля растеряна. Она наверняка не ожидала меня увидеть, и я очень её понимаю. Я сам-то спонтанно решился практически.
— Привет, Юль, — говорю первым. Какой смысл молча сверлить друг друга взглядами?
— Привет, Лёш.
Юля выглядит хорошо. Как и всегда она выглядела. Она из тех девушек, которые постоянно выглядят хорошо, потому что в любой момент могут встретить свою судьбу. В случае Юли — богатого дядьку.
— Ну, проходи… — говорит неожиданно спокойно. Я был готов к драке и выяснению отношений, а не к банальному «проходи». Даже зависаю немного, но всё-таки иду в дом, не собираясь отказываться от приглашения.
— Я пришел увидеться с дочерью, — говорю с порога. Молчать до послезавтра и сидеть смотреть в потолок я не собираюсь. У меня есть цель, я к ней иду. — Много воды утекло, я хочу, чтобы мы всё обсудили и пришли к какому-то общему соглашению. Полина и моя дочь тоже, и я хочу иметь право участвовать в её жизни!
— Да я не против, пожалуйста, — пожимает плечами и проходит на кухню. — Ты кофе будешь?
— Что, даже не скажешь, что я недостоин? Что я не могу к ней прикасаться? Ты повзрослела, что ли?
— Просрала всю жизнь и поняла, что всегда делала неправильный выбор. Сейчас Полина вернётся с рисования и ты сможешь с ней поговорить. Я не собираюсь тебе ничего запрещать. Мне так даже будет проще. Я рада, что ты нас нашел.
Это выглядит очень подозрительно. Либо у нее за эти годы случилось что-то, отчего она так сильно изменилась, либо она стала очень хорошей актрисой. Потому что я такую Юлю не знаю. Сдержанную, спокойную. Моя бывшая Юля почти неуправляемая. Та, которую вообще не интересует чужое мнение, которое априори неправильное, если оно не сходится с её. Поэтому диссонанс странный в голове происходит, но стараюсь не думать. Я пришёл к дочери. Это куда важнее.
Осматриваю дом, в котором когда-то жил. Все изменилось. Даже мебель другая. Юля тоже, что удивляет меня больше всего.
Молча делает чай. Не выгоняет меня с криками, не обещает написать заявление в полицию за, якобы, незаконное проникновение в дом. Она и так может. Или могла?
Шавка во дворе все ещё лает, не нравлюсь я ей, а вот кошак какой-то притащился ко мне и у ног ластится.
Полина на рисовании, если верить словам Юли. Рисует… Поворачиваю голову, на холодильнике на магните держится один рисунок. Кошка. Видимо, эта самая. Такая же рыжая и глаза наглые. Красиво. Дочь красиво рисует.
