– Это же наша «резиночка»! – воскликнула я, прочитав правила. Только наша была посложнее, а не просто прыгнуть-перепрыгнуть. Я связала резинку и поставила мужа с дочкой «держать». Ноги все помнили. Мышечная память оказалась сильнее ментальной. Я прыгала на автомате и уже потом, после прыжка, вспомнила названия – «конвертики», «пешеходики», «конфетки». Муж смотрел на меня с восхищением.
– Я и не знал, что ты знакома с френч скиппингом.
Он сказал это так, будто я ему только что продемонстрировала, как управлять космическим кораблем, или обнаружила знание устройства подводной лодки.
– А что делать, если некому стоять? – спросила дочка.
– На это есть стулья, – ответила я.
Весь вечер мы с Симой скакали, примотав резинку на два стула. Иногда использовали ноги отца семейства с одной стороны и книжный шкаф – с другой. Я вспомнила, как в детстве просила подержать резиночку бабушку – она дремала в кресле, а я цепляла ей на ноги резинку и прыгала. С другой стороны устанавливала стул, который падал. Бабушка привыкла к грохоту и не просыпалась.
Мы с дочкой освоили основные фигуры, причем я залезла в интернет, чтобы сверить воспоминания. Фигуры в зависимости от региона отличались, но не сильно. «Березки», «трешки», «десяточки» были у всех.
– А тут еще слова есть, – объявил муж и показал мне инструкцию, где на французском и английском языках были написаны песенки, которые полагалось петь, когда прыгаешь.
– Точно! – обрадовалась я, немедленно вспомнив про «московские» и «ленинградские». Прыгаешь и произносишь по слогам – «мос-ков-ски-е, ле-нин-град-ски-е». Между делом пришлось объяснить ребенку, что города иногда переименовывают.
Дочка прыгала смешно – как кузнечик, высоко, коленками вперед. Падала на попу. В ее возрасте я была чемпионкой двора. На четвертом уровне, когда резинка на бедрах, а то и на поясе, лучше никто не прыгал. И у меня была «счастливая» резинка, ради которой я распорола все свои трусы, вытащила из них резинку и связала узлами. Бабушка на Новый год подарила мне целый моток резинки – обычной, белой – и разрешила использовать для игры. Невиданный подарок, просто царский. Но моя, из трусов, была «счастливая», а новая – нет. И за «счастливую» резинку одноклассница и вечная соперница Светка готова была отдать шоколадку, пакет халвы и настоящую капроновую ленту для бантика. Но кто же продает «счастливую» резинку?
Сима очень хотела принести резиночку в школу и показать одноклассницам. Она учила фигуры, правила. Я сидела в интернете и вспоминала – «зацепки», «выскользки», «липы». Взяла обычную резинку и показала дочке, что она ничем не отличается от шикарной розовой, привезенной.
– Почему ты мне раньше не показывала? – спросила она.
– Ты бы не поверила, что есть такая игра, – ответила я.
В школе «резиночка» произвела фурор. И классная руководительница, и завуч, и учительница английского, и учительница музыки игру одобрили и разрешили прыгать на переменах. Чуть не расплакались от собственных воспоминаний. Учительница английского даже прыгнула «пешеходики». Девочки, прыгая, кокетливо придерживали подолы платьев, а мальчики оторвались от гаджетов и смотрели на девочек.
Но, как всегда, вмешались родители и современные реалии. Одна мама написала, что игра травмоопасная. Девочки падают. Другая мама поддержала – у ее дочки тренировки по фигурному катанию, надо беречь ноги и силы. Нечего еще на переменах скакать. Еще одна мама мальчика сказала, что тоже категорически против – ее сын теперь будет заглядывать под юбки девочкам. Лучше бы, как раньше, в телефоне сидел. А я опять дала слабину – ничего не написала в родительский чат. Просто теперь мы прыгаем дома и проводим домашние соревнования. Я сбросила уже два килограмма.
Хорошо, что дочь еще не принесла в класс карты. Василий увлекся преферансом, а Сима подглядывает. И, кажется, усвоила правила. К тому же, как выяснилось, она умеет быстро считать в уме.
Сразу после старого Нового года в нашем подъезде появилось объявление: «Выносить елки, чтобы не сыпались. До марта не держать». Но вынести дерево не так просто, как кажется, особенно если в семье есть маленькие дети. Дай бог, как раз к марту уговорить.
Редко когда у меня в доме стояла нормальная елка. Когда сын был маленьким, прекрасная датская ель приехала с пауками, которые начали размножаться и обживаться. Вася не разрешил сорвать с дерева паутину и усыновил всех пауков, пересадив их в банки. Очередной год не стал исключением. Выбранная Симой удмуртская ель приехала вместе с божьей коровкой. Насекомое сидело на иголке и не собиралось улетать. Я хотела ее выпустить в окно, но дочь заплакала и не разрешила – коровка там замерзнет. Она пересадила ее в домик – коробку из-под конфет, – куда положила вату, иголки, кусочек сахара. Но уже на следующее утро божьей коровки в домике, естественно, не оказалось.
