— Укольчик мне поставишь, Маш? — его глаза смеялись.
— А ты прокатишь меня на байке? — кивнула на ключи, брелок которых свисал из кармана. Я теперь тоже немного профайлер.
— Прокачу.
Я рассмеялась и поняла, что не шучу. Я никогда не каталась на мотоцикле. Вообще никогда! Сначала мне было просто нельзя, как и аттракционы, и быстрая езда. Адреналин и слабое сердце — это противопоказание. Больше не хочу жить пресно! И быть пресной!
— Позвони, когда надумаешь, Маша, — оставил мне телефон.
— А ты точно не съешь меня, Медведь? — Антон не был в моем вкусе, но, возможно, я ему еще позвоню.
— Только покусаю, — щелкнул зубами и поднялся. Я смотрела в сторону широкой удаляющейся спине. Антон не пересел, он в принципе не остался на сессии свиданий. Ушел.
Три следующих кандидата были настолько обычными, что я едва сдерживала зевок. Даже играть роль было лень. Не хотелось, пока не появился Анатолий.
— Анатолий, — кивнул мне деловито и, поправив очки, осмотрелся, словно бы искал что-то, — дует. Вы чувствуете?
— Не-ет, — протянула, не очень понимая, к чему он клонит. Странноватый тип.
— Кондиционеры включили, — застегнул молнию толстовки по самое горло. Худой, высокий, абсолютно несуразный. Вроде бы не похожий на общий контингент, но на тщедушном запястье выделялись неплохие Omega. Я разбиралась, у бывшего мужа с десяток наручных часов на каждый случай жизни: от спортивных до дичайшего по цене люкса. — А вы вообще кто? — посмотрел на меня подозрительно.
— Степанида, — легко солгала. Каюсь, не в первый раз за вечер. — Я с юга, у нас никогда не дует, — попыталась даже в краснодарский акцент.
— Квартира, машина, работа есть?
— Нет, нет, нет. Я с периферии понаехавшая, ищу мужа, чтобы зацепиться в культурной столице.
— Плохо, плохо, — покачал головой. — Но честно, — шмыгнул носом. — Три с половиной хватит?
— Три с половиной чего? — удивленно уточнила.
— Тысячи.
— Тысячи чего?
— Рублей, конечно!
— А зачем?
— Ну как? — он поправил очки и демонстративно закатал рукава, чтобы часы стали еще заметнее: на щуплом запястье они и так выделялись, как кирпич. — Ты же с Мухосранска какого-то приехала? — спросил на полном серьезе.
Я не удержалась и бросила взгляд на свою сумку, которую создавали на заказ очень долго и за очень дорого, подарок Мирослава. Сумки — моя маленькая слабость.
— Работы нет, квартиры нет, а у меня нет времени на всякие шуры-муры. Я работаю в международной корпорации и живу по времени США, — важно рассказывал. — Раз в неделю приходи, и буду платить три с половиной тысячи. Торг уместен, но не больше, чем на пятьсот.
— А что, простите, я должна делать, Анатолий? — нет, ну серьезно. За три с половиной тысячи все, что я готова сделать — почесать левую пятку.
— Ну это… — и шепотом: — Минет. Раз в неделю мне хватит.
Ах, проказник! Да еще и жмотяра! Вот сейчас захотелось включить строгого директора школы, но… Я стану мамкой этой жадной корзиночки.
— Ах ты, оболтус! — состроила гримасу своей мамы, когда та отчитывала кота Борьку. — Тебе кто разрешал на девок заглядываться? Все они одним миром мазаны! — честно, несла, что бог на душу положит. — А ну-ка бегом домой, и чтобы деньги мне до копейки! Паршивец! Минет он захотел! Во придумал! Извращуга!
Анатолий смотрел на меня с открытым ртом: то ли больной считал, то ли действительно мать во мне узнал.
— Извините, — проговорил и покинул столик. Ушел? Нет! Пересел к следующей кандидатуре в дешевые минетчицы.
После Анатолия я больше не ждала никого фееричного. Так и вышло, только последний кандидат удивил.
— Дионис, — Артем развалился на стуле и смотрел на меня с оценивающим прищуром. Вроде бы он — и не он одновременно. Самоуверенный, наглый, хамоватый хлыщ. Все это с избытком присуще Каминскому, кроме хлыща. Он не пустой и не пижонистый.
— Афина.
— Чем занимаешься, Афина?
— Варю кофе на высоте десять тысяч метров. А ты, Дионис?
— Балду пинаю.
— Как занимательно, — иронично произнесла. — Почему я должна тратить на тебя целых десять минут?
— Потому что за пять я могу подарить тебе оргазм. Переспим?
Я нервно рассмеялась. Игра игрой, а Каминский смотрел на меня давящим взглядом.
— Это предложение от Диониса или от тебя лично? — отбросила маски. Артем хмыкнул и протянул мне руку, приглашая уйти с ним. Хватит экспериментов. На сегодня…
Мы шли по ночному центру города: молчали, наслаждались просыпающимся от зимнего сна городом. Март заканчивался, но весной пока только пахло, причем фантомно. Ночью было очень холодно.
— Прошу, — Артем открыл мне дверь гелендвагена. Я нырнула в салон и ждала, когда заведет и включит печку. — Замерзла? — Я только кивнула. Каминский неожиданно вышел, оставив меня одну — вернулся через пять минут с кофе.
— Спасибо, — обхватила озябшими пальцами стаканчик.
— Как тебе опыт? — Артем и себе взял: мы пили кофе и не торопились вливаться в поток.
— Ничего, — показала несколько визиток и просто номеров на стикерах. — Одному точно позвоню, — вспомнила Медведя.
— Не позвонишь, — нагло забрал их. — Твоей целью было представить себя другой женщиной, а не вот это все, — смял и засунул в свой карман.
