– Милости прошу. – Она изучает меня, кивает, что-то пишет в своем ноутбуке. Она привлекательная стройная женщина с собранными в узел светлыми волосами, в стильных очках. Одежда такого же темно-серого цвета, как моя – пиджак, брюки, – сидит на ней как влитая. Я читала ее биографическую справку: ей тридцать пять лет. Буду ли я такой же через десять лет?
– Не надо сообщать д-ру Блентону прямо сейчас, я сама скажу ему завтра, – говорит она с хитрым видом, и я стараюсь спрятать улыбку. Наверняка у них случались стычки.
– Женщинам-ученым приходится помогать друг другу, – внушительно произносит она.
– Поправлять друг на друге короны, – бормочу я.
– Или чинить наши ускорители частиц.
Мы дружно смеемся.
Я встаю одновременно с ней и жму ей руку. На ее столе стоит фотография в рамке: она с двумя мальчуганами у нее на коленях. Им года три, неотличимы друг от друга. Близнецы.
– Ваши?
– Племянники, сыновья моего брата. Маленькие проказники. Один похитил на Рождество мой телефон и спрятал в своем подгузнике. Мы нашли его, только когда воришка сходил по-большому. «Сьюзи, я на тебя покакал», – сообщил он мне. Я не смогла на него рассердиться, хотя пришлось надеть противогаз, чтобы снова завладеть телефоном. – Она грустнеет. – Люблю детей, но растить их в одиночку – пугающая перспектива.
– О! – Как интересно! Не вижу на ее пальцах колец. Здесь кроется какая-то история, но я недостаточно ее знаю, чтобы лезть с расспросами…
– Как я понимаю, вы не замужем?
Она молча наклоняет голову. Я виновато морщусь.
– Простите за излишнее любопытство, дефект воспитания. У матери салон красоты в Дейзи, там принято допрашивать с пристрастием каждую клиентку. «С кем встречаетесь? Он работает? У него есть дом? Когда я смогу на него посмотреть?» – Я прыскаю. – Только вчера она устроила мне сюрприз: пригласила на мой день рождения полсотни с лишним перспективных холостяков.
– В любопытстве нет ничего дурного. Мы обязательно подружимся.
– Буду очень рада. – Я ощутила приязнь к ней, как только вошла в ее кабинет.
– У меня бывали отношения, но недолгие, – продолжает она. – В основном потому, что у меня никогда не было времени на что-либо осмысленное. Моей первой любовью была и останется физика.
Мы понимаем друг друга как две женщины, старающиеся чего-то достичь, имеющие цели и стремления, порой препятствующие длительным отношениям с противоположным полом.
– Считается, что женщины могут сочетать карьеру с семьей. Картинка симпатичная, но это не для меня, – продолжает она. – У многих женщин это получается, и я могу их только поздравить. Моя собственная мать все мое детство работала на фабрике. Приходила с работы домой, готовила ужин, читала нам перед сном сказки. Не знаю, как ей это удавалось. – Она прерывисто вздыхает. – Недавно она умерла. Я жалею, что не спросила, что поддерживало ее все эти годы.
– Соболезную вашей утрате.
– Спасибо.
Она берет со стола фотографию и с улыбкой смотрит на нее, но на ее лице выражение одиночества.
– Я получаю свою дозу тепла, когда вижу племянников.
Мы прощаемся, я уже иду к двери, как вдруг слышу свое имя и оборачиваюсь.
– Насчет Швейцарии. У меня есть к кому обратиться в ЦЕРН, это коллеги, с которыми мы сотрудничаем по различным исследовательским проектам. Некоторое время назад я чуть было к ним не присоединилась, но пришлось приехать в Нэшвилл, чтобы ухаживать за мамой, так я упустила ценное время.
– Понимаю.
– Д-р Блентон не поддержал вашу заявку, но, по-моему, он не придает достаточно значения теоретической физике. Он – человек старой школы. – Она откашливается и поправляет свой жакет. – Не слишком надейтесь на стипендию, в данный момент в ЦЕРН нет мест. Но на прошлой неделе я прочла вашу работу, разослала ее некоторым друзьям, а потом с ними созвонилась. Работа произвела на них впечатление.
– Неужели? – ахаю я.
Она улыбается.
– Впереди новый учебный год, и благодаря мне у вас будут более высокие шансы в будущем году.
Я уже окрылена. Следующий год очень далеко, но с моей книгой, преподаванием и Девоном время пролетит быстро.
– Я очень благодарна вам за рекомендации. Самая моя заветная мечта – оказаться там. – После паузы я неожиданно для себя продолжаю: – Д-р Бенсон, обязательно приходите к моей матери на воскресный ужин. Она непременно постарается познакомить вас с положительным мужчиной, имеющим постоянную работу, но поесть за ее столом очень стоит.
Она удивлена, но отвечает с улыбкой:
– С радостью!
