– Она влюблена в мужчину гораздо моложе ее и боится нам сознаться, хотя весь город давно знает, что он каждую ночь стучится в ее заднюю дверь.
Понятие «задняя дверь» употреблено матерью, разумеется, в прямом значении.
– Я молюсь, чтобы она увидела свет и превратила Скотти в честного человека – здесь его нет, потому что она его не приглашает. Аминь.
– Аминь! – с улыбкой вторит матери Елена. – Чудесная молитва, мама.
– Воистину, – бормочу я.
– Я знаю, – охотно соглашается мама. – Ну, разбирайте жареную курицу!
– До чего красивый букет на столе! – Я передаю Девону корзинку с рулетами. – У тебя нечасто бывают красные розы.
– Решила их не выбрасывать, – объясняет мама, кладя себе на тарелку зеленые бобы. – Все цветы с твоего дня рождения я отправила в дом престарелых.
– Эти принес вчера Лэнс. Вздумал посвататься к твоей мамаше, – вмешивается тетя Клара.
И зачем я превращала мистера Пига в монстра?
– Как мило с его стороны! – Я силюсь представить вместе его и маму – нет, не получается.
– Он предложил ей куда-нибудь сходить, – продолжает Клара. – Она отказалась, он пообещал снова явиться с цветами. Жду не дождусь!
– Ему было сказано, что свидания меня не интересуют и что я больше не желаю видеть его у моих дверей, – гордо заявляет мама.
– Попробуй с ним не столкнуться, когда он – хозяин Piggly Wiggly! – смеется Елена. – Разве ты не каждый день туда заглядываешь? У тебя остались те розовые наручники? – обращается сестра ко мне.
– Так и лежат в верхнем ящике комода, – отвечаю я с усмешкой. – Еще можно поискать в гараже. Лэнс обожает, когда его связывают, мама.
– Ешьте, ешьте, – говорит она, не моргнув глазом. – У нас гости.
– Благодарю за приглашение, – говорит Сьюзен с осторожной улыбкой. Я уже не уверена, что правильно сделала, что ее пригласила; просто решила, что надо попробовать ее развеселить. Раз мы с ней будем подругами, пусть знает, какая у меня сумасшедшая семейка. – Я давно не ела настоящей домашней еды.
– Нужен мужчина, чтобы для него готовить, дорогая, – говорит моя мама. – Сколько вам лет?
– Тридцать пять, – отвечает она почему-то неуверенно.
– Еще совсем молоденькая, – определяет мама. – Теперь многие прибегают к ЭКО. Волшебное зачатие! Тамара Уилкс принимала таблетки, чтобы забеременеть, и родила тройню. Даже если мы не найдем вам мужчину, то… Подойдет, скажем, Майк. Давайте позвоним ему прямо сейчас!
– Не надо, мама, – твердо говорю я. – Лучше поедим.
Она вздыхает, снова усаживается во главе стола и, наклонив набок голову, изучает Сьюзен. – Не нравятся мужчины – в вашем распоряжении банки спермы. Тофер, к примеру, – гей.
– Разве? – усмехается Тофер. – Пожалуй.
Мать обводит жестом всех сидящих за столом.
– Если что, помощь придет. Я много отдала бы, чтобы полюбоваться вашими тройнями.
Сьюзен бледнеет. Я подаю ей блюдо с курицей.
– На десерт у нас шоколадный пирог. Обязательно возьмите немного с собой.
Потом, когда мы с Еленой прибираемся на кухне, мама подсаживается к Девону и Сьюзен и забрасывает их как новеньких несчетными вопросами. Девону удается понемногу, дюйм за дюймом, разжать капкан и удрать из комнаты на кухню.
– Ты жив? – спрашиваю я его и сую ему сухую тарелку, чтобы он убрал ее в буфет.
Он с видом мученика качает головой.
– Ужасная женщина! Я допустил оплошность: рассказал ей об отце. Она просто вытянула из меня всю правду. Теперь она хочет с ним познакомиться.
Я хлопаю его по спине.
– Она вставит его в свой длиннющий молитвенный список.
Он морщится.
– Ничего не имею против молитв. Ты сказала ей, что у нас с тобой нет секса. Учти, Жизель, она все знает. Женщины всегда это знают.
– Просто мама не хочет об этом думать. Она спросила, есть ли у меня в квартире своя комната, и я ответила правду: есть. От дальнейших вопросов я сбежала.
Он, стоя у меня за спиной, обхватывает меня за талию и шепчет мне на ухо:
– Знала бы она, какая ты плохая девчонка!
Я откидываюсь и отвечаю тоже шепотом:
– Тсс, этого никто не знает.
В кухню просовывает голову Сьюзен.
– Простите, что помешала. Мне уже пора. Вы меня проводите, Жизель? Я не прочь немного поболтать.
Девон отпускает меня, и я беру для нее контейнер с двумя кусками пирога – ей нужна компенсация. Сьюзен прощается с мамой, потом мы с ней останавливаемся в холле.
– Поздравляю с агентом. У вас куча талантов. Я не знала, что вы писатель. Это невероятно увлекательно!
Я краснею.
– Спасибо, я ценю вашу поддержку.
– Надеюсь, это не помешает вашим исследованиям. – Она пытливо смотрит на меня.
– У меня выдался тяжелый последний семестр, лето складывается не лучше, но я готовлюсь к осени.
– Чудесно! – говорит она с улыбкой. – Я ждала такого ответа. Я поговорила в пятницу с коллегой и узнала, что в ЦЕРН открылась вакансия.
Я не верю своим ушам.
– Сейчас?
– Да. Я не торопилась вам говорить. Только что я получила от него сообщение и так обрадовалась! Сегодня вечером он хочет со мной поговорить. Уверена, он скажет: «Присылай ее».
