Например, они могут быть уверены, что «сосуды можно почистить» настойкой из каких-нибудь трав или ещё какой-нибудь ерундой из области «народной медицины».
Пациент не стоял на вскрытиях свежих трупов, а врач – стоял, поэтому врачу кажется, что он говорит очевидные вещи. И если пациент начинает саботировать лечение, то в глазах медицинского работника он выглядит полным идиотом, которого только могила исправит.
Вот я и объясняю своим коллегам в специальных пособиях для семейных врачей, что пациент не идиот, а просто у него другая профессия.
Учитывая всё сказанное, не стоит удивляться тому, что пациенты, в свою очередь, подозревают врачей во всех возможных грехах и ищут «врачебные ошибки» с упорством, достойным лучшего применения.
Лишь несчастья учат глупцов благоразумию.
Последние и правда случаются – как ошибки пилотов, кассиров, монтажников и кого угодно. Но, как вы, наверное, понимаете, далеко не каждая ошибка этих специалистов приводит к смертельному исходу, и в медицине, поверьте, ситуация аналогичная. Ну и уж точно врачебные ошибки не являются намеренными.
Впрочем, а был ли мальчик – была ли врачами и в самом деле допущена «врачебная ошибка»? Чаще всего то, что пациент считает «врачебной ошибкой», является таковой только в его непрофессиональном восприятии ситуации.
Так, например, в отношении одного и того же хронического заболевания могут быть избраны разные схемы лечения. Один врач избрал одну, другой – другую, и изначально никто не знает, какая из них сработает. Но как это «разное» лечение воспринимает пациент? О, ну конечно: один врач ошибся, а другой – нет! И попробуй его переубеди!
Каждый считает самым несчастным своё положение, и каждый менее всего хочет быть там, где он находится.
Наконец, часто пациенты отказываются верить в то, что всё возможное врачи сделали, и ничего больше – чего-то особенного, сверхъестественного – сделать на данном этапе лечения уже нельзя.
Да, при определённых хронических заболеваниях у вас всегда будут какие-то недомогания. Всегда. И я, например, мог бы поделиться богатым личным опытом постоянных «приветов» от моего хронического заболевания…
Впрочем, кроме болезней определённый дискомфорт нам могут доставлять и просто функциональные недомогания – это когда болезни как таковой нет, но какие-то органы или системы организма слегка «сбоят» и «барахлят». Это не смертельно.
Организм – это равновесная система, в которой могут быть какие-то отклонения баланса. Но такие функциональные расстройства самоустраняются со временем, если, конечно, не накалять обстановку и не добавлять новых нагрузок на такой «барахлящий» организм.
Объяснить это пациенту можно, но не всегда он готов согласиться с таким врачебным вердиктом, хочет доискаться до чего-то… Ну, а врачу как быть? Хочет человек обследоваться дальше, неспокойно ему. Вот врач и идёт у него на поводу – ещё анализов и ещё…
Но честное слово, нельзя требовать от врача того, что хочется. Врач, а точнее медицина в целом, может то, что может, и не может того, чего не может.
Невроз – это всегда замещение закономерного страдания. Психоневроз есть, в конечном итоге, не что иное, как страдание души, не нашедшей смысла.
Например, пациент говорит:
– Дайте мне гарантию, что я пропью эти таблетки и вылечусь.
Доктор же может ответить на это, например, только так:
– В принципе, если вы будете соблюдать прописанную вам диету, режим дня и т. д., есть вероятность, что, скорее всего, ваше состояние в ближайшие три года не будет таким, что потребуется оперативное вмешательство.
И он не издевается, он говорит как есть.
Любая машина ломается, а если сломалась – не факт, что её можно починить идеально. Но это не значит, что с этим ничего нельзя сделать. И это что-то надо делать, что, конечно, не гарантирует вас от того, что эта машина не сломается снова.
