Своё амплуа артисты ищут, подбирают, тестируют, и в конце концов кто-то становится героем-любовником, кто-то бандюгана играет, кто-то – «маленького человека». У каждого своя ниша, своя органика.
Великий режиссёр Георгий Александрович Товстоногов, как рассказывают, расширял амплуа актёров – намеренно давал им разные роли, разные задания. Но это другая история – он воспитывал актёра, учил его таким образом.
Кто не уважает себя, тот – несчастен, но зато тот, кто слишком доволен собой, – глуп.
Но в целом, Дени де Вито, например, в роли Гамлета или Василий Лановой в роли Акакия Акакиевича – это будет комедийное шоу. Люди будут смеяться или выражать недоумение.
Но если с актёром пример понятен, то почему про самих себя непонятно? Да, может быть, это и неплохой ход – подражать великой актрисе, чтобы чувствовать себя уверенной. С точки зрения формальной логики – всё прекрасно. А вот посмотришь на такую Марлен Дитрих – и смеяться хочется. И что с этим делать?
В результате мы имеем следующее: человек чувствует себя неуверенным, подыскивает себе некий «сценический образ», не соответствующий его органике, после этого является в таком виде на публику, а публика смеётся или в недоумении. Человек испытывает неловкость, конфузится и убеждается в собственной несостоятельности. Где здесь логика?
Данная конкретная роль тебе не подошла – это может быть. Но при чём тут твоя состоятельность или несостоятельность? Но человек-то этого не осознаёт, у него просто провал, и всё. И выводы…
Так что лучше, на мой взгляд, не пытаться влезть в не соответствующий твоей органике образ, даже если он тебе очень нравится и кажется прекрасным и удивительным. Если на тебе он смотрится как на корове седло, то лучше его не портить.
Любовь к себе имеет хотя бы то преимущество, что у неё немного соперников.
Вообще, когда мы объявляем что-то очень важным в своей внешности (в плюс или в минус – это не важно), наше внимание автоматически концентрируется на этой детали.
В результате она обретает сверхценное значение, и мы начинаем видеть в реакциях окружающих только то, что подтверждает наши собственные восторги или опасения, – вот, посмотрели, заметили, осудили или восхитились.
Выбери мы другой повод для своих переживаний, сделай мы ставку на что-то другое – и возникнет уверенность, что все вокруг думают так же. Кто-то переживает из-за роста, кто-то из-за носа, кто-то из-за тембра голоса, кто-то ещё из-за чего-то.
Проблема в том, что мы никогда не знаем, что на самом деле думает о нас другой человек. Но мы же не можем взаимодействовать с ним, не имея в собственной голове идею того, что происходит в его голове. То есть мы вынуждены додумывать. А исходя из чего мы будем это делать? На чем мы будем базироваться в своих выводах и предположениях? На собственных мыслях.
Если мы боимся, что нас посчитают глупыми, то нам будет казаться, что все нас считают глупыми. Думаем, что нас не уважают, – будем видеть во всём проявления неуважения. Считаем, что некрасивы, – найдём миллион доказательств в пользу этой своей версии.
На самом деле нашего собеседника может совершенно не интересовать наш ум. Про уважение он и не вспомнил, потому что его другие проблемы сейчас занимают. Так что это не неуважение, а просто «забыл» или плохо воспитан.
Чем больше человек любит самого себя, тем больше он зависит от чужого мнения.
А внешность… Тут вообще чёрт ногу сломит. Это же в принципе очень странная материя. Возможно, кому-то нравится твой профиль, а то, как ты смеёшься, – нет. Но как об этом догадаться? Нельзя, если он сам, конечно, не скажет.
