— Ангелина, — кивает он мне, словно здоровается и прощается заодно. — Энтузиазм похвален, но переработки не приветствуются, — обозначает свою рабочую позицию и выходит вслед за женой.
— Пока, — машет она из-за его плеча.
Господи, это же была его жена. Карма у меня что ли с четой Тарелкиных фамильярничать?
Дружба, похоже, отменяется.
Ангелина
Экран монитора идет рябью, и я не сразу понимаю, что дело не в том, что у меня поехала крыша от трехчасового гипноза документов в ворде. С компом что-то не так. Экран моргает, вызывая головную боль, а моя спина начинает покрываться испариной.
Во-первых, я не сохранила коммерческое предложение для “Нового дома”, на которое потратила сорок минут своего энтузиазма, после встречи с Тарелкиными, и которое клятвенно обещала выслать Илье Витальевичу в понедельник с утра, чтобы он «поднажал на рычаги», как он выразился, и «сделал все, что надо, чтобы наше сотрудничество не прерывалось». Прекрасный мужчина. А во-вторых, я не успела завершить второй блок обучения по продвижению продукта в их гребаной онлайн-программе. И вспомнив, как реагирует на эти дурацкие тесты моя непосредственная начальница, пот начинает бежать обратно и карабкаться в корни волос. Я же хочу зарекомендовать себя, а не вот это вот всё… В приступе легкого раздражения, делаю единственное, что приходит на ум: бью монитор ладонью, как старый телек, в надежде, что это поможет.
Не помогает. Моргание учащается, вызывая прилив злости. Я только собралась стать работником месяца и тут это… Вряд ли в субботу здесь можно найти супермена-айтишника, который мне все починит, так что остается уповать на временный глюк.
Встаю из-за стола, разминаю затекшую спину и иду к кофе-машине. Честно стыренные капсулы с ореховым Латте приятно греют душу. Ну и что, что теперь я на карандаше у Тарелкина, как соучастник вандализма. Я же “перспективный сотрудник с горящими глазами”. Или как там сказала его жена?
Пока кофе-машина отмеряет капли бодрости, я интуитивным движением подхожу к окну и кидаю взгляд на свою бывшую работу. Сейчас, когда жизнь там не кипит, а офис погружен в темноту, мне больше не кажется, что там так уж круто. Обычный бешеный муравейник в разгар рабочего дня, сейчас — всего лишь цветастые стикеры на мудбордах и дух п̶р̶о̶ш̶л̶о̶г̶о̶ ̶р̶о̶ж̶д̶е̶с̶т̶в̶а̶ Макса-козла. Чтоб его.
Вот черт.
Это совсем не дух.
Привычно заложив руку в карман брюк, Державин монолитной статуей стоит в окне справа и разговаривает по телефону. Я настолько ошеломлена его неожиданным появлением, что дергаюсь от испуга. Что, конечно, совершенно глупо, ведь он стоит ровно там, где его кабинет. Просто вид человека, которому выбила нос накануне, сейчас потрясает. Не столь растекающимся синяком на его наглой морде, как самим фактом, что он опять влезает в мой хрупко построенный мир одним своим неожиданным появлением.
Я же пришла сюда отвлекаться.
Мне помогало.
И вот теперь невольный участник нашего странного тройничка вчера возле курилки, напоминает о событиях, которые привели к отстойной развязке. А мне оно не надо.
Я разворачиваюсь, пока Макс меня не увидел, хватаю свой вкусный кофе и возвращаюсь на рабочее место. Экран в мое отсутствие не подумал над своим поведением и не исправился, все так же бессовестно моргает, мешая работать. Я сохраняю документ с коммерческим предложением, пока не поздно, ставлю на паузу обучение в онлайн-школе и выключаю комп. Хватит на сегодня.
Бросаю взгляд на часы — еще даже не вечер. И это беда. Потому что я не представляю, чем себя занять, чтобы не думать о семейном сборище, на который меня позвали, и о том, кто там сейчас жует мамины котлеты, сидя на чемоданах.
Нужны новые туфли, однозначно. Шопинг всегда помогает, обувной шопинг — плюс тысяча к настроению. Ставлю грязную чашку на кофейный столик, силой воли заставляя себя больше не интересоваться жизнью мудака Макса и его побитой персоной, хватаю сумку и, выключив в кабинете свет, иду к лифтам.
Спускаюсь на первый этаж, выхожу на улицу и вместо того, чтобы зарулить в курилку, гордо разворачиваюсь в сторону метро. Даже пластырь сегодня не понадобился.
Если я что-то решила…
Да-да, мантра работает.
Достаю телефон и прикидываю, куда лучше направиться на незапланированную экскурсию по обувным магазинам. До «Невского» далековато, в «Радуге» мне не нравится. Можно в «РИО», тут пара станций до него. Но не помню, есть ли там мои любимые бренды.
Прикидываю маршрут и куда заглянуть в первую очередь. Уже представляю, что буду искать: мне нужны новые босоножки на тракторной подошве! И оранжевые туфли — замена умирающим. И помада! Точно.
— Ангелина, — в спину летит сухое обращение.
Никаких «Ангел мой» и классических заигрывающих ноток, но не узнать этого человека нельзя. Ну твою ж мать, только настроилась на позитив. Какого черта он вообще тут делает?
— Ты же не собираешься ударить меня в ответ, — вместо приветствия оборачиваюсь и кидаю ему в лицо.
— Я не до такой степени мудак, — искривляется в насмешке его побитое лицо.
