Он смерил меня строгим взглядом темных глаз, опуская пистолет. Я показала, что на экране у меня записанное видео с Честером, и это заставило его спрятать оружие в кобуру. Недолго думая, офицер все-таки взял телефон и включил видео. Когда полицейские, стоявшие рядом с ним услышали из динамика разрывающийся голос своего начальника, они подошли ближе и тоже уперлись взглядами в экран. О, таких недоуменных и растерянных лиц я еще не видела. Другие офицеры, глядя на своих коллег, озадаченно опускали пистолеты.
Когда запись закончилась, молодой офицер, что стоял с моим мобильником в руках, сурово посмотрел на Честера, начавшего дергаться у Тамзина в руках.
— Арестуйте Леонарда Честера! — вдруг крикнул он. — Разбираться будем в участке.
И его товарищи, посмотревшие видео вместе с ним, беспрекословно пошли исполнять приказ, невзирая на косые взгляды других полицейских, не осмелившихся вмешаться. И тут я поняла, что интуитивно доверилась правильному человеку. Потому что погоны у этого парня выглядели несколько иначе, чем у всех остальных, выдавая в нем сержанта — старшего по званию среди собравшихся на парковке.
Когда полицейские повели Честера прочь, надев на него наручники, я вздохнула с облегчением — как будто камень с души свалился. Нам невероятно повезло, что все сложилось именно так, как сложилось. Если бы не этот сержант, другие полицейские, посмотрев признание, вряд ли бы осмелились пойти против шефа и скорее всего обвинили нас с Тамзином в том, что мы причинили вред здоровью стражу правопорядка, да и вообще — заставили его признаваться в преступлении, которого он якобы не совершал.
И что тогда? Тогда бы в «игру» вступили артисты балагана, наблюдающие за происходящим с краю стоянки. И полилась бы кровь, и наш городок вновь попал бы во все федеральные выпуски новостей.
Хорошо, что этого не произошло.
Чем дальше уводили Честера, тем светлее и легче становилось на душе. Но, кажется, что только у меня, потому что гомон из тревожных голосов полицейских становился все громче пропорционально тому, как шеф от нас удалялся. Когда же Честер с сопровождением и вовсе исчез из виду, скрывшись за здоровенным фургоном, ребята в форме начисто позабыли про дисциплину и разбились на небольшие компании, не прекращая бурных обсуждений. Еще бы! Ведь не каждый день арестовывают твоего начальника.
Нам с Тамзином удалось прервать обыски на площади и обернуть ситуацию чем-то полезным для себя. Но радость от этого осознания покинула меня быстрее, чем пришла, когда горячая рука тяжело обрушилась мне на плечо, заставив меня вздрогнуть.
— Имриш, я… — донесся до меня слабеющий шепот.
Я и обернуться не успела, как у Тамзина закатились глаза, и он опять повалился без чувств. Я с трудом поймала его и кое-как уложила на асфальт, после чего к нам тут же кинулись неравнодушные полицейские.
— Что с ним? — спросил кто-то из офицеров.
— Он без сознания, — сообщила я, дрожащей рукой пытаясь нащупать пульс. Но у меня не выходило — кончиками пальцев я ощущала только безудержный бой собственного сердца, буквально выпрыгивающего из груди от тревоги.
Ни пульса, ни дыхания.
Неужели он…?
— Звоните медикам! Срочно! Деду нужна помощь! — воскликнул кто-то рядом со мной, и молодой сержант мигом вызвал скорую.
Через несколько минут подъехала машина карета «скорой» с мигалками и оттуда появились врачи. Я с содроганием сердца смотрела, как Тамзина грузят на каталку, надевают на него кислородную маску и затаскивают в машину. Ужас парализовал меня с головы до пят. Это зрелище казалось мне каким-то неправильным, как будто я сплю и не могу проснуться, и все вокруг меня, словно в подтверждение, замедлило свой ход: я видела, как машина «скорой», включив мигалки и врубив сирену, удаляется с парковки. Видела, как Томас и несколько других артистов труппы пытаются прорваться сквозь полицейских, что-то протестующе крича. Видела слезы на щеках девушек-танцовщиц, подбежавших к трейлеру. Заметила странный вопрошающий взгляд сержанта, задержавшийся на мне, и непонимающе посмотрела на бледное и морщинистое лицо, неожиданно появившееся за его спиной, такое знакомое и чужое одновременно.
— Здравствуй, папа.
========== Часть 16. «Тебя нужно спасать?» ==========
Комментарий к Часть 16. «Тебя нужно спасать?»
Раз люди вдруг начали все это читать, то не могу не скинуть еще одну главу.
Спасибо вам за отзывы, ребята. В такие моменты я начинаю понимать, что все пишется не зря. <3
— Имриш!
Этот голос я узнаю среди тысячи голосов, даже искаженный тревогой. Отец. Моррис Каллем. Он бросился ко мне. Стиснул меня в крепких медвежьих объятиях, и я почувствовала родной запах его кожаной куртки.
— Я так переживал! Как же я рад, что ты цела!
— Да… — Ответив на объятия и положив голову отцу на плечо, я продолжала смотреть в ту сторону, куда уехала «скорая». — Цела.
В отличие от Тамзина, который сейчас умирал.
— Я думал, что потерял тебя, как маму!
