Затянув веревку, он захлопнул дверь моей квартиры, а потом взял меня за связанные руки и вызвал пелену. В низу живота свернулись все мои ледяные страхи, стоило мне вспомнить о Его покоях и о том, что через несколько минут я предстану перед Ним - снова связанный, снова на коленях, снова слабый и беспомощный, и порой мне казалось, что все наши с Ним отношения можно было описать именно так: я на коленях, а Он возвышается надо мной, и Его тень питается моими страхами так же, как Он питается моей болью.
И от Него некуда спрятаться.
========== Глава LIX. ==========
Двери Его покоев распахнулись перед нами, и я почувствовал, как затянулся узел страхов в моем животе, когда Сайер ввел меня, придерживая за плечи, в комнату.
Запах орхидей, треск горящих поленьев в камине, Его головокружительный запах, Его руки, когда Он смывал мою кровь, Его губы и тело, когда Он прижимал меня к себе, танцуя под музыку, которая сменила гнетущую тишину - все это вдруг захватило меня, словно водоворот, ослепило, оглушило, ослабило, поразило тем, как живо предстали все мои воспоминания, переплетающиеся с реальностью, с той секундой, когда я сейчас увидел Его.
Я почувствовал, как стихает мой пыл, с которым я так отчаянно рвался бежать от Него, утекает, будто вода, через маленькие трещинки в моей решимости. Сейчас, в Его покоях, я почувствовал, как смирение сковывает меня, заставляет пасть перед Ним, не поднимая головы, и подчиниться, и даже колени подгибались от накатывающей слабости.
Он стоял у камина, глядя на пламя, и не обернулся, когда мы вошли. Его крыло было скрыто; я сверлил Его спину взглядом, то ли ожидая, что Он обернется и кинется на меня, то ли надеясь, что оно раскроется с тихим шорохом за Его спиной, если Он почувствует мой пристальный взгляд.
Сайер посадил меня на софу и выпрямился.
- Отзови их, - негромко сказал я, поднимая на него глаза и перехватывая его взгляд. - Скажи им не трогать Пола.
Он чуть поджал губы.
- Я солгал тебе, - произнес он, покачав головой. - Пол ничего не знает и на него никто не охотится. Я не хотел ранить тебя, а без борьбы ты бы не сдался.
Волна гнева поднялась во мне и тихо закипела; я сжал зубы и поднял к нему связанные руки.
- Тогда развяжи меня. Я ведь уже не убегу. Это ни к чему.
С секунду он колебался, и я видел эту нерешительность в его глазах, и я даже удивлялся ей, потому что обычно он выглядел таким собранным; казалось, что все перевернулось, когда мы оказались в Аду, все изменилось за время моего отсутствия, все стало другим, и я теперь ни в чем не был уверен.
Но в тот момент, когда он протянул руки к веревке на моих запястьях, его вдруг остановил холодный и твердый голос.
- Оставь.
Я вздрогнул, а Сайер выпрямился. Отпустив мои руки, он застыл со своей прямой осанкой и ничего не выражающим лицом; я перевел взгляд на Его спину и затаил дыхание, краем глаза заметив, как молодой демон поджал губы.
- Подойди ко мне, - чуть тише добавил Он.
Не сказав ни слова, Сайер тут же развернулся и подошел к Нему. Он двигался спокойно и ровно; каждый его четкий шаг эхом отзывался в моей пустой голове в такт напряженному и оглушающему сердцебиению, и от ударов даже голова раскалывалась на части. На мгновение мне захотелось отдать все на свете, чтобы только оказаться в постели и долго-долго спать, не видя сновидений.
Подойдя к камину, Сайер остановился и убрал руки за спину, замирая в своей привычной позе, и Он повернулся к нему. Я не видел Его от силы два дня, если не считать воспоминания Виктора и сон, который мне снился; в последний раз Он стоял надо мной, опираясь на меч, и говорил, что если кто-то из демонов осмелится подойти ко мне, то поплатится за это своей головой.
А сейчас я смотрел на Него, жадно скользя взглядом по Его профилю - по ссадинам от моих когтей на нижней челюсти, по глубоким царапинам на шее, не скрытой одеянием, по маленькому синяку на виске… Они выглядели чуть зажившими, но все еще хорошо было заметно, что бровь была рассечена глубоко, а синяк на шее остался от моего пальца.
Смотрел и не верил, что это все было на самом деле. Я должен был проснуться после того, как Он пронзил меня мечом; я должен был оказаться у себя в комнате, а не сменить несколько постелей и теплых рук, поддерживающих меня, пока я вставал на ноги.
Это все было неправильно. Все, кроме Него.
Взяв Сайера за подбородок, Он поднял его голову и чуть повернул, чтобы свет от огня выхватил из мягкого полумрака комнаты длинные царапины, пересекающие щеку его слуги до самого подбородка. Несколько секунд Он рассматривал глубокие следы от моих когтей и запекшуюся на них кровь, а потом аккуратно провел по ним подушечкой большого пальца, едва касаясь кожи.
Сайер даже не поморщился, не сводя с Него взгляд.
А я и не представлял, что приложил так много силы, когда ударил его.
- Я могу тебя вылечить, - тихо сказал Он. - Или он.
- Ты, - твердо ответил Сайер.
Он закусил губу, словно пытаясь сдержать улыбку, и отпустил его.
- Тогда жди меня, - произнес Он и повернулся ко мне, будто только сейчас вспомнил о моем присутствии.
