- И она не будет возражать, если ты… появишься не один? - я повел плечами и содрогнулся до самых косточек: я на самом деле не представлял себе, кто эта женщина и знает ли она обо мне.
Но Он пристально посмотрел на меня и вдруг улыбнулся, и ответ оказался прост, пусть и внезапен.
- Она жаждет увидеть тебя с нашей последней встречи, - ответил Он.
- Жаждет меня увидеть?!
- Ты забываешь, что слухи разносятся быстро.
- Сдается мне, дело не в одних только слухах.
- Так и есть, - с улыбкой ответил Он. - Я рассказывал ей о тебе.
- Что ты рассказывал?
Проигнорировав мой вопрос, Он крепче прижал меня к себе, и я, понимая, что Он собирается шагнуть вниз, в ужасе вцепился онемевшими от страха пальцами в Его одеяние, заставив Его замереть и в замедленном и неловком жесте, - словно Он ожидал, что я оттолкну Его, - сдвинуть руку выше по моей спине и коснуться ладонью моей лопатки, успокаивая.
- Не бойся, - сказал Он, чуть склоняя голову ко мне, и в неожиданно теплом голосе я услышал нежность. - Я ведь с тобой.
Вместо ответа я прислонился лбом к Его плечу и сильнее обхватил Его шею свободной рукой.
И Он шагнул в пропасть.
…
Я решился открыть глаза только когда почувствовал, как расслабились Его руки. Подняв голову от Его плеча, я уперся взглядом в голую каменную стену, ничем не отличающуюся от нашего Ада, как будто мы и вовсе не перемещались, а потом опустил глаза.
Мы стояли на берегу реки. Она была не очень широкой и спокойной, без сильного течения; я подумал, что мог бы переплыть ее за пару минут, если бы не одно “но”: не было другого берега. Голые стены, переходящие в высокие своды потолка, поднимались прямо из черных вод.
- Где… - начал я, оборачиваясь к Нему.
И запнулся. Мы стояли не на берегу, как оказалось, а на маленьком каменном островке, примерно три-четыре метра в диаметре. Со всех сторон он был окружен черными водами реки, а на другой берег от него вел узенький деревянный мостик, совершенно не внушающий доверия своим видом: тонкие деревяшки, висящие низко над водой, с перилами, представляющими собой длинные колышки, вбитые в эти деревяшки и связанные между собой канатом.
Но меня поразил не островок и даже не мост. Меня поразило то, что на другом берегу стояло около десятка демониц. Все они были похожи: высокие, статные, смуглые, волосы заплетены в косы или собраны в высокие хвосты, а вместо классического демонического одеяния, которое носили все демоны во всех Адах, на них были шкуры животных, грубо скрепленные на плечах и бедрах большими булавками.
Я вздрогнул, когда Его крыло, чуть двинувшись, коснулось моих ног, и крепче обхватил Его шею руками, не сводя взгляд с демониц. Они молчали, глядя на нас, и по ним едва ли можно было сказать, что они рады нас видеть.
- Они не выглядят очень дружелюбными, - тихо сказал я.
Вместо ответа Он крепче прижал меня к своему телу и, не сводя напряженного взгляда с другого берега, будто высматривая среди них кого-то, ступил на мостик. Раздался громкий скрип и я неосознанно сжал воротник Его одеяния в своих пальцах. Мостик висел так низко над поверхностью реки, что, когда Он сделал шаг, вода омыла Его босые ноги. Я понимал, что это лишь переход на другую сторону, но он пугал меня еще больше, чем Мост в нашем Аду, обрывавшийся над пропастью: казалось, что при следующем шаге он сломается и мы оба пойдем ко дну черной реки.
Он нес меня молча. Его лицо было спокойным, а в темных глазах даже не вспыхивали молнии; я едва дышал, ожидая, что сейчас мы ступим на берег и они нападут на нас за пересечение границ без разрешения. Эта тревога захватила меня с головой; так сильно, что, когда Он сошел с мостика на землю и собирался поставить меня на ноги, я крепче прижался к Нему, не сводя напуганного взгляда с лиц напряженных демониц.
А потом одна из них выступила вперед, словно появившись из ниоткуда. Она сделала шаг - босые ноги и два металлических браслета на правой лодыжке, громко звякнувшие в гробовой тишине - и остановилась. Она была ниже остальных девушек на голову и выглядела лет на пятьдесят, в то время как другие демоницы были не старше тридцати; крепкое тело, невысокий рост, круглое лицо, а глаза темно-карие, почти черные. Волосы у женщины были длинные, угольно-черные, заплетенные в две толстые косы, а на шее висела ракушка на красной нитке; у нее единственной была одежда из белого хлопка, красиво оттеняющего ее смуглую кожу и темные глаза, и я догадался, что, должно быть, это и есть та королева, с которой Он в хороших отношениях.
- Цересса, - тихо произнес Он.
Демоница не ответила. Ее взгляд перескочил с Него на меня, будто она потеряла к Нему интерес, когда Он заговорил; она уставилась на мое лицо так внимательно, даже не мигая, словно хотела прожечь дыру у меня в голове. Затаив дыхание, я неосознанно подался чуть назад, ближе к Нему, и Он, едва ощутив это движение, тут же развернулся так, чтобы увеличить дистанцию между ней и мной, что, впрочем, не помешало Ему представить меня секундой позже, снова нарушая тишину.
