— Я ждала тебя! Любила тебя! А ты? Ты женился! Ты не приехал за мной! — голос ее то и дело срывался, а потом стал совсем тихим. — Ты просто нашел другую, забыв обо мне.
— Глупая! — взревел мужчина, снова притянув ее к себе. Тори попыталась вырваться, но он удержал ее. — Каждую неделю я писал тебе письма! Каждую! Я приехал за тобой, но твой отец сказал, что ты вышла замуж за какого-то титулованного старика! Я не поверил ему! Но он проводил меня в сад, где ты гуляла со своим дряхлым мужем и мило ему улыбалась, — Роэн на мгновение замолчал, а потом снова продолжил: — А потом ты обняла его и поцеловала.
Тори была поражена.
Дядюшка Альберт? Отец сказал, что я вышла за дядюшку Альберта? О, боже! А письма? Неужели тоже отец?
— Злость во мне была такой сильной, что я побоялся встретиться с тобой лицом к лицу. Боялся наделать глупостей, о которых потом буду жалеть. Тогда я думал, что увидел все, что нужно. Что ты променяла меня на деньги. И я не понимал, почему! Я тоже богат и титулован!
— Роэн, это неправда. Дядюшка Альберт был моим другом! — горячо воскликнула Тори.
Ей было больно осознавать, что ее отец, к тому же и священник, совершил один из самых страшных грехов.
Зачем?
— Я это знаю, милая. Уже знаю. Жаль, что узнал об этом очень поздно.
Виктория молчала, но по ее лицу так и текли слезы. Она хотела услышать правду. Хотела понять, что разрушило ее мечты.
— Когда я вернулся в Ирландию, то не мог найти себе места, — Роэн обнял ее так сильно, словно боялся потерять. — Ты даже не представляешь, какие чувства я испытывал… Я чуть не пустил свою жизнь под откос, но вовремя остановился. И я решил пойти таким же путем. Мне было все равно, на ком жениться, потому что я знал, что она — не ты.
От этих слов сердце девушки сжалось… Он всегда любил ее! До сих пор любит!
— Бог не дал нам детей. Я уважал жену, но полюбить не смог. Но и она не требовала моей любви. Но твое письмо… Оно вселило в мое сердце надежду, но в то же время сделало еще более несчастным. Я был готов ехать за тобой сразу же! Но понимал, что уже поздно. Делать тебя своей любовницей я не хочу и не буду. Ты — моя любовь. И я не хотел отводить тебе вторую роль, когда в моем сердце ты — единственная. Как я злился на себя за свой опрометчивый поступок! За то, что не поговорил с тобой! За то, что поверил твоему отцу!
— Роэн…
— Судьба сыграла с нами злую шутку, Тори. Но я очень хочу верить, что мы можем все изменить.
— А что с твоей супругой?
— Полгода назад она тяжело заболела. Доктора не знали, чем ей помочь… Болезнь убила ее за две недели.
Девушка тяжело вздохнула.
— Она была мне другом, и мне жаль, что так вышло… Но я решил, что это судьба дает мне шанс все исправить. Все, что я натворил. И я приехал за тобой, — он нежно провел пальцем по ее щеке, стирая слезы.
Тори подняла на него заплаканные глаза.
— Как ты меня нашел?
— Благодаря другу. Я отправил ему записку, сообщив, что приехал в Лондон. Сегодня мы встретились. И он с восхищением говорил о девушке с глазами, как два сапфира, которая так умело поставила его друга на место. А я знал лишь одну красотку с такими глазами. И очень хотел проверить, ты ли это. И оказался прав.
Правда, словно яркой вспышкой, ослепила Викторию.
— Как зовут твоего друга?
— Дрейк Гордон.
Она издала истеричный смешок.
Разве могут быть такие совпадения? Не иначе, как судьба, это не назовешь…
— Почему отец был против наших отношений?
— Считал, что я убийца.
— Что?!
Не много ли убийц для меня на один день?
— Я работал на правительство. Но сейчас ушел со службы. И в мои обязанности входил не только шпионаж.
Тори отошла от него на шаг. Она чувствовала себя слепым котенком. Когда понимаешь, что ты ничего не знаешь о людях, которых считаешь близкими… Ни о Дэймоне, ни о Роэне… Она не знает о них всей правды. Не знает, кто они на самом деле.
При мысли о герцоге ее сердце болезненно сжалось. Она закрыла глаза. Его черный пронзительный взгляд, его красивое лицо детально врезались в память.
«Я никогда тебя не полюблю…».
— Тори, — Роэн притянул ее к себе и, обхватив подбородок двумя пальцами, заглянул в лицо. — Открой глаза, милая.
Голубые глаза посмотрели на мужчину. Но в них была такая боль. Растерянность. Сожаление.
— Я люблю тебя, — мужской хриплый шепот заставил ее задрожать. — Люблю.
Она не отвечала. Потому что не знала, что ответить.
Я запуталась! Запуталась! Я больше не могу! Я не хочу так!
Роэн, так и не дождавшись ответа, приблизил к ней свое лицо. Их носы соприкоснулись.
— Я верю, что ты чувствуешь ко мне что-то… Что твои чувства ко мне еще живы, хоть и спрятаны очень глубоко. И я сделаю все, чтобы ты снова меня полюбила… — прошептал он и коснулся своими губами ее губ.
Тори закрыла глаза, отдаваясь во власть прошлого. Его губы были сухими и горячими. Язык скользнул по ее губам, заставляя их раскрыться…
«Я никогда тебя не полюблю…».
«Сегодня ночью это тоже была брюнетка…».
Виктория жадно приникла к губам Роэна, и с губ мужчины сорвался стон. Она запустила пальцы в его светлые волосы, притягивая еще ближе.
И вложила в этот поцелуй все чувства, бушующие в ней.