– Велел разыскать, – с издёвкой повторил Эйгон. – Целый лунный месяц искал и не мог найти при том, что ты знал, куда она отправилась. Ты ведь слышал наш разговор прежде, чем она огрела тебя тростью.
– Тростью? Скорее смахивало на трухлявую палку. Да и хозяин был ей под стать, не правда ли?
Ланс вызывающе вскинул голову, в полной мере не понимая смысла того, что сказал, но чувствуя, что где-то попал в яблочко.
Эйгон криво усмехнулся и спросил в лоб:
– Почему Мартан не явился сам?
– Его высочество очень занят.
– Так занят, что присылает ко мне никчемного слугу? Арлина никуда не пойдёт. Завтра она должна стать моей женой, и, как её супруг, я никуда её не отпускаю.
– Но сегодня леди де Врисс ещё свободна, и вы не вправе решать за неё, что ей делать, куда идти и с кем.
Эйгон злобно прищурился; во взгляде проступил странный лунный блеск с тем же хищным оттенком, от которого волосы на голове начинали нездорово шевелиться.
– Зачем она ему?
Лансель вжался руками в обивку кресла и отвёл взгляд.
– Я задал вопрос, – в голосе проступил звериный рык.
– Его высочество проигрались, милорд. Ему нужны деньги, чтобы вернуть долг. Казна пустая, король и старший брат Патрик урезали содержание, а фамильные драгоценности, какие можно, давно заложены. Единственная надежда – деньги де Врисса, которые тот отдаст в обмен на дочь, – на одном дыхании выпалил Ланс и от страха зажмурился.
Эйгон присвистнул.
– У неё на пальце поддельный бриллиант. Долг настолько большой?
Ланс кивнул.
– Камень проиграли как раз накануне помолвки. Фальшивка ювелиру удалась.
– А как удалось купить его молчание?
– Он с рождения нем как рыба, грамоте не обучен, но с камнями чудеса творит. На базаре Тир-Арбенина стекляшки втридорога толкает.
– Где сейчас бриллиант?
– У хозяина игорного дома «Малиновый туз», что в Картерплаатсе. Флинном кличут.
– Слыхал про этого картежника, но лично не знаком.
– Как ни отыгрывались, только ещё больше спустили, – развёл руками Ланс. – Позвольте Арлине пойти со мной, милорд. Его высочество получит то, что хотел, а она вернётся к вам целая и невредимая. Принцу она не нужна, уж поверьте. Чистый расчёт.
– Позволить гнилой душонке с короной на голове посмеяться над чувствами девушки, готовой ради него чуть ли не в пекло лезть? – Эйгон начинал кипятиться. – Позволить ему растоптать её чувства в грязи и выйти сухим из воды? Она никуда не пойдёт.
– Это уже ей решать, пойдёт или нет. Она вам кто? Пленница, сестра или…
– Жена, – оборвал Ланселя Эйгон, схватил стоявшую у кресла трость и поспешил к двери.
– Ещё нет, – отозвался Ланс, тщетно пытаясь ухватиться хоть за какую-нибудь возможность склонить чашу весов в свою сторону.
– Так сейчас станет ею, – холодно возразил Эйгон. – И запомни, если вякнешь при ней хоть слово из того, что мне сейчас рассказал, я лично прогрызу тебе горло. А потом и твоему принцу. И никаких головорезов Флинна не понадобится.
Ключ и поворачивать не пришлось – он сам засуетился и сделал три оборота, стоило Эйгону бросить взгляд в его сторону. Слонявшаяся по тёмному коридору Арлина бросилась к Тайернаку, попыталась обойти его и заглянуть в кабинет, но Эйгон и шага сделать не дал. Схватил за руку, сжал сильно – не вырваться – и потащил за собой, игнорируя протесты, крики и возмущения.
– Стеречь, следить в оба, из замка не выпускать, – скомандовал он каменным горгульям, взмахнул тростью, и ослепленные сверкающим алмазом существа начали оживать, зыркать повсюду глазищами, скалиться, спрыгивать с постаментов и окружать выглянувшего из кабинета Ланса.
– Что за манеры? – шипела Арлина, царапая ногтями Тайернака, чтобы хоть немного ослабить хватку. – Куда вы меня тащите?
– У меня изменись планы, – бросил Эйгон, вывалился на улицу вместе с девушкой, толкнул в поджидающий у лестницы экипаж, запряженный лошадьми, но без кучера, захлопнул дверцу и сел с другой стороны.
Раздался громкий свист хлыста, зачем щелчок, карету качнуло и будто взмыло в воздух. Не было слышно ни топота копыт, ни царапания веток деревьев о тканевую обивку, ни шума вертящихся колёс.
Арлина потянулась было к занавеске, чтобы одернуть её и выглянуть в окно, но Эйгон резко перехватил руку девушки и отвёл в сторону.
– Не стоит. Ещё мгновенье, и будем на месте.
– На каком ещё месте? – взорвалась Арлина. – Что вы удумали? Что сказал Ланс?
Ответить не дал стук – карета ударилась колёсами о неровную дорогу, немного проехала вперёд и замерла на месте. Эйгон выскочил первым, открыл дверцу со стороны Арлины и протянул руку.
– Без перчатки, – надменно процедила девушка, намеренно отвергая предложенную помощь, подхватила платье, вытянула правую ногу и попыталась нащупать землю. Попался камень.
Бледный свет, струившийся от камня на трости, выхватил из темноты неказистую хижину с прохудившейся крышей и кривыми стенами. В окнах свечей не мерцало, дым из трубы не валил, вокруг было тихо и холодно, и даже сидевший на суку тысячелетнего дуба филин не ухал, а, сложив крылья, пристально разглядывал незваных ночных гостей жёлтыми, как янтарь, глазами.
