- Ты слишком деревянная для стриптизерши, Романовская, - щекочет мое ухо жаркий шепот, от которого у меня по позвонкам мурашки ползут. Резко разворачивает спиной к себе, с силой раздвигая мои ноги. Шершавые ладони скользят по внутренней стороне бедер, не давая свести колени, все выше и выше… Сердце болезненно колотится о ребра, словно пытаясь пробить себе путь наружу. Пульс шкалит, меня всю трясет от его грубых движений, и совладать с лихорадочным дыханием становится уже не так просто. Сил нет выносить это все…
- Отпустите меня, Илья Андреевич, - шепчу онемевшими губами. – Пожалуйста…
Но он словно не слышит, продолжая медленно скользить ладонями по разгоряченной коже. Сдерживая рвущийся наружу стон, с силой прикусываю губу, ощущая на языке солоноватый привкус крови.
- Приватный танец предполагает прикосновения, - шепчет Илья, то и дело словно невзначай касаясь губами моей шеи. - Ох, Романовская, экономист из тебя хреновый, а стриптизерша еще хуже. И куда смотрело твое начальство?
- Илья Андреевич, не надо…
И снова полный игнор, а его пальцы уже практически добрались до края моих трусиков. Клянусь, если он не остановится, у меня начнется истерика!
- И зачастую в подобного рода заведениях, - как ни в чем не бывало продолжает он. – Танец заканчивается кое-чем другим…
Не в силах выдержать свалившихся на меня эмоций, я собрала последние остатки воли и резко рванулась, освободившись из его крепких рук. Подскочила, ринувшись на выход, но далеко убежать не успела. Горячее тело впечатало меня в стену. Я и ахнуть не успела. Даже эта холодная поверхность не была в силах остудить мое пылающее лицо. Кровь зашумела в ушах, я почти не слышала произносимых слов, теряясь в ощущении его близости.
Все, чего я желала сейчас – чтобы это адское мучение закончилось, так или иначе… Его ладонь прошлась по моему обнаженному животу, прижимая к себе еще сильней.
- Что же ты, Майя, дрожишь, словно и правда делаешь это впервые. Моя маленькая лгунья…
Ладонь Ильи резко отрывается от моего живота, приподнимая юбку. Пищу, изворачиваясь, словно змея, но все безуспешно. А затем следует то, чего я никак не ожидаю, рука Степнова со всей дури шлепает меня по ягодице.
- Ай! – кричу, вжимаясь в стену. – Илья Андреевич!
И снова удар.
- Прекратите, что вы делаете?
Удар. Последний отдает сладкой дрожью. Проходит по телу горячей волной, концентрируясь где-то внизу живота… Боже мой, Майя Станиславовна, да вы извращенка! Никогда не думала, что такая грубость может заводить. Стыдно-то как! Мое лицо пылает, словно костер.
- Воспитываю, что же еще, Романовская? Скажи спасибо, что ремень не снял. Урок усвоен? Или еще повторить?
И снова звонкий шлепок…
- Ай, хватит!
Он что же, издевается надо мной?!
Все волнующие эмоции словно рукой снимает. Зарычав, рвусь из плена его тела, но получается только развернуться. Так я оказываюсь со Степновым лицом к лицу. Сейчас мной владеет только ярость. Резко высвобождаю руку, отвешивая этому гаду звонкую пощечину. Его глаза тут же загораются недобрым огнем. Хватает за запястье, вновь впечатывая в стену. Его губы так близко, что я чувствую на своих это горячее, яростное дыхание.
- Сейчас же одеваешься, и мы уходим. Ты здесь больше не работаешь, поняла?
Ошеломленная этой близостью, не сразу понимаю смысл слов. А когда понимаю…
- Какое право вы имеете командовать мною, Илья Андреевич? Вы мне не отец, не муж, даже не парень. Вы мне – никто!
- Я – твой куратор, и я обязан следить за моральным обликом своих студентов, поняла?
Он сам-то верит в то, что говорит?
- Что за бред? Мы не в институте! Моя частная жизнь вас никоим образом не касается, понятно? Хочу – танцую стриптиз. Хочу – в бордель уйду!
Господи, сама не понимаю, зачем злю его еще больше. Идиотка! Степнов чуть ли не рычит, стискивая мои запястья с такой силой, что наутро там точно останутся синяки.
- Меня касается все, что связано с тобой! – шипит он. – Одевайся, мы уходим.
- Черта с два! Отстаньте от меня наконец, Илья Андреевич!
Из последних сил отталкиваю его и, пулей вылетая в коридор, мчусь в подсобку. Едва не сбивая с ног ошарашенного Глеба, с силой захлопываю за собой дверь. Да как он только посмел! Сволочь! Гад! Все что я хочу сейчас – оказаться в своем маленьком уютном доме. Залезть с головой под душ, чтобы смыть это чертово ощущение его рук на моем теле, и сменить промокшее насквозь белье. Господи, какой позор! Силясь не разреветься от стыда, прячу пылающее лицо в ладонях. Но тут же подскакиваю от хлопка двери. На какое-то безумное мгновение думаю, что он последовал за мной. Но нет, это всего лишь Глеб. Входит, облизывая меня взглядом, от которого желание помыться завладевает мной еще больше.
- Зачем ты закрываешь? – беспокойно произношу я, наблюдая за его торопливыми действиями.
- А ты как думаешь, малышка?
Его голос не такой как обычно, и это пугает.
- Ты пьян?
Подлетает ко мне, грубо стискивая в своих объятиях. Даже пикнуть не успеваю.
- Я давно уже пьян, пьян тобой! – шепчет он, впиваясь болезненным поцелуем в мою шею. Господи, за что мне все это?
- Глеб, отпусти меня, пожалуйста!
