Значит, прав бы супруг — они и впрямь реагируют на эмоции. А это значит, что если я забуду о Сельриане и о том, как Князь бессовестно ее лапал, однажды они снова станут белыми. И наглядно докажут, что не только муж отчаянно нуждается во мне, но и он мне необходим не меньше. Правда, ему я в этом вряд ли когда-нибудь признаюсь.
— Расскажи что-нибудь, Княже, — попросила я тихонько, снова устраиваясь на груди мужа и сворачиваясь на ней, как большая кошка. — Что-нибудь необычное… забавное… про другие миры.
— Какие? — рассеянно откликнулся демон, явно думая о чем-то своем.
— Любые. Про Акинар, например.
— Почему именно про него? — отчего-то насторожился Князь, но я лишь пожала плечами.
— Не знаю… говорят, там интересно.
— Что может быть интересного в мире, который на две трети покрыт толстым слоем льда? Разве что коренные жители?
Я демонстративно зевнула.
— А кто там живет? Ох, прости… люди? Звери?
— Оборотни. Шестнадцать небольших родов, с которыми демоны уже несколько столетий поддерживают партнерские отношения.
— Ты тоже в этом участвуешь? — лениво осведомилась я.
— Хорошие воины ценятся везде, а акинарские волки хороши, прежде всего, тем, что их растят под одного конкретного хозяина. И предать его потом они при всем желании не могут.
— Для Князя это важное условие, — согласилась я, приподняв голову и оценивающе глянув на мужа. — Абсолютная преданность, которая поддерживается не клятвой, а чем-то большим…
— Магией крови, — подсказал муженек и тоже зевнул. — На Акинаре чрезвычайно сильны кровные узы, поэтому воины у них тренируются боевыми двойками. В составе такой двойки — всегда братья-близнецы. Старший принимает решения, младший становится для него донором силы. И, пока они живы, пара почти неуязвима. В том числе и по этой причине мы когда-то завоевали этот мир, а теперь растим превосходных воинов исключительно для себя.
Я опешила.
— Вы что же, выводите их, как бойцовых собак? Скрещиваете ради улучшения породы?!
— Они сами следят за чистотой крови. Причем намного жестче, чем это принято у нас. В стае правят два вожака. Волчицы общие — устойчивых пар этот вид почему-то не образует. Раз в год у самок начинается течка, самцы же в это время устраивают большой турнир, победители которого получают право на продолжение рода. Вожаки в турнире тоже участвуют, потому что правят до тех пор, пока могут завоевать себе волчиц. А когда ослабнут — начинают натаскивать молодняк, так что опыт поколений у них не теряется, как у других, а до последней крохи передается от отцов к сыновьям.
