— Подумаешь! — непочтительно фыркнула Александра. — Нолану не привыкать. Это, вообще, его амплуа. Главное, чтобы без рукоприкладства, — она на секунду задумалась, явно не веря в столь фантастический исход, и поправилась: — Ну или хотя бы без особого членовредительства!
— Саша! — упрекнул подругу Эд.
Клодин едва не расплакалась. Алиса онемевшими пальцами вцепилась в клатч. «Он его убьет!» — с ужасом думала она.
Оказавшись в служебном коридоре, Эдгар решительно отодвинул замявшихся женщин.
— Дамы, позвольте! — и толкнул дверь.
Он не собирался ничего объяснять. Любые объяснения в его ситуации слишком походили бы на оправдания и прозвучали бы жалко, а этого он допустить не мог. Он не оправдывался никогда. Не умел этого делать. Предпочитал холодное и высокомерное молчание.
Возможно, он ответил бы на прямые вопросы, так же прямо и честно, но подозревал, что никто не собирается их ему задавать. И прекрасно понимал, почему. С точки зрения соперника, сегодняшняя картина была красноречивее любых слов и говорила сама за себя.
Джейден передернул плечами, вспоминая, как там, в холле отеля, оторвав на миг глаза от своей спутницы, увидел неподвижно застывшего Нолана, на лице которого последовательно проступили удивление, недоумение, недоверие, внезапная догадка и, наконец, испепеляющая ярость. В тот момент он понял, что пресловутого выяснения отношений не избежать, как и то, что пройдет оно, скорее, уже на невербальном уровне.
Алиса была права: то, как Нолан узнал о них, выглядело вызывающе, демонстративно, нарочито и оттого низко. Выглядело настоящим предательством, как удар ножом в спину. Выглядело тем, чем, по сути, и было. Он мог сколько угодно убеждать Алису, что она свободная женщина и ни в чем ни перед кем не обязана отчитываться, однако себя не обманешь. Она могла разувериться в чувствах Нолана, но он-то видел, не просто видел — знал, что эти чувства живы и сильны, как никогда прежде. И вмешался, эгоистично желая счастья и для себя. Разорвал надорванное. Бестрепетно уничтожил то, что еще — кто знает? — можно было восстановить. Что ж, в любви, как и на войне, все средства хороши. Как там у древних? Vae victis — горе побежденным.
Джейден остановился перед дверью служебной уборной. Саманта указала именно на эту дверь. Интересно, что наплел ей Нолан? С этого пустозвона станется насочинять небылиц про свидание в романтичной обстановке клозета. Сэм, конечно, на подобное ни за что бы не повелась, но почему бы не поддержать хорошую шутку? Тем более что после приснопамятного интервью половина съемочной группы смотрит на них с задумчивым интересом. Черт, о чем он думает? Джейден открыл дверь.
Нолан курил, прислонившись плечом к белому кафелю противоположной стены. На лице застыло спокойное, едва ли не благодушное выражение. Джей подошел на несколько шагов и остановился напротив.
— Нолан!
Тот затянулся последний раз, затушил сигарету о раковину и точным щелчком отправил окурок в мусорное ведро. Засунул руки в карманы и неторопливо приблизился к Джейдену. Тот только теперь сообразил, что пиджак и галстук ирландца висят на двери кабинки, и слегка наклонил голову, понимающе усмехнувшись.
— Поговорим, Джей? — со вновь прорезавшейся ирландской манерой растягивать гласные полувопросительно произнес Нолан и добавил: — Прямо сейчас и начнем.
И он коротко, почти без замаха, хорошо поставленным ударом уличного хулигана всадил ему кулак в солнечное сплетение.
Прокачанные мышцы пресса спасли диафрагму. Тем не менее в последующие несколько секунд Джейден успел убедиться в двух вещах: что выражение «увидеть небо в алмазах» отнюдь не поэтическая метафора, и что остановившееся дыхание — это до чертиков страшно. Согнувшись и вытаращив глаза, он безуспешно пытался поймать открытым ртом хотя бы глоток воздуха. Следующим заходом Нолан, сам того не желая, обеспечил реанимационные мероприятия.
— Что же ты, Джей, а? — прорычал он, наклонившись к его лицу. — Нехорошо получается. Некрасиво…
Ничего дельного Джей ответить ему не успел, потому что Нолан, схватив бывшего приятеля за лацканы пиджака, со всей дури приложил того спиной и головой о стену. Перед глазами расцвел ослепительной красоты фейерверк, которому позавидовали бы лучшие пиротехники. Зато вернулась способность дышать. А вместе с ней всколыхнулись и ожили вколоченные бурной юностью навыки. Воспользовавшись тем, что хватка противника слегка ослабла, Джей резко развернул корпус вполоборота и одновременно нанес локтем удар в лицо. Если бы Нолан пропустил этот удар, он гарантированно сломал бы ему челюсть. Но тот от знатной плюхи ушел. Почти. Поймав ее лишь по касательной. Утерев тыльной стороной ладони кровь из разбитой губы, усмехнулся уцелевшей половиной рта:
— О'кей, тогда к главному…
Служба спасения ввалилась, когда бой был в самом разгаре. Драка выглядела до судорог страшно и живописно. Как в кино. Не уличная махаловка и не боксерский поединок. Дрались яростно, серьезно и умело. Понять, на чьей стороне перевес, было невозможно.
