Выпавший в ноябре снег растаял. Весь декабрь лил дождь, да так, что впору было искать поблизости Ноев ковчег. Так удачно подброшенная проблема от Ники испортила весь праздник, хотя им даже не пахло: на улице темно, Руслан пропадает на работе, я чахну дома и пытаюсь отбиться от всех проблем, накинувшихся на меня сразу.
Даже когда заскрипел ключ в замочной скважине, а в коридоре зажёгся свет, я не оторвала голову от подушки. Упираясь носом в мягкие пух-перо, было легче думать. Мысли не сбивались в кучу. Если бы ещё не этот арбузоподобный живот. Кожа не успевала за растущей дочкой внутри и стал покрываться не очень приятными растяжками. Рассматривая себя в зеркале, всё сильнее убеждалась, что в двенадцать часов я как в сказке превращусь в тыкву. Или в арбуз.
Я легла на край, продолжая сопеть в подушку.
— Руслан, это ты?
— Кирочка!
Я аж передёрнулась от такого обращения. Когда меня так называли, хотелось сразу вопить, что я не молоток и не надо меня сравнивать со строительным инструментом. Только знакомый голос убедил не ёрничать, а только поднять голову и устало посмотреть наверх: Нина Михайловна пришла.
— Кира, ты что, сидишь дома весь день? Тебе гулять нужно…
Зашуршали пакеты, включился свет и в комнате. Женщина деловито прошла мимо меня, дурманя шлейфом вкусных духов, и тут же принялась наводить порядок, попутно пробираясь к окну. Открыла, его и я даже чихнула от потока свежего воздуха.
— Хватит спать! — женщина сложила чистые неглаженные вещи кучкой на свободном краю дивана и, подвинув меня, села рядом. — Если устала, то почему не в кровати? Тут так неудобно лежать. У тебя поясница будет болеть.
— Она и так постоянно болит… У меня внутри круглосуточные тренировки по боям без правил. Если я останусь жива, это будет чудом.
— Ну, не прибедняйся. Все через это рано или поздно проходят! А девочка твоя активничает, потому что тебе кислорода не хватает. Гулять нужно больше… — свекровь ласково погладила меня по плечу. — Не поверю, что такая мастерица слова, как ты, этого не знаешь.
— Да знаю я… Но меня так ославили на весь город! — я хотела рывком сесть, но получилось изобразить только Шалтая-Болтая, едва не свалившись носом вперед на пол. Я схватилась за руку Нины Михайловны и с трудом приняла вертикальное положение. — Ника такого понаписала… Ей даже не хватило мозгов не называть имя этого трижды несчастного Белосова! А отвечать теперь всем. Не только мне, но и редакции и Борису Егоровичу. Вы читали? Читали, что она в «Мешочек» пропихнула? Это же уму непостижимо! Как только наглости хватило!
Нина Михайловна теперь гладила меня по голове и терпеливо выслушивала.
— Я свежие щи сварила. Пойдём, пообедаешь. Руслан сказал, что тебе тут совсем грустно. Расскажешь всё, пусть я и ничего в этом не понимаю. Старая я.
— Ничего вы не старая!
Не выдержала и обняла женщину. Так крепко, как позволял мой надутый живот. Даже дочка перестала внутри брассом барахтаться. Затихла и успокоилась. Боялась, наверное, своей бабушки. Ничего, я тоже боялась, зря только.
Свекровь помогла мне встать с дивана и повела на кухню. Я с трудом уселась на стул, едва не завалившись на спину, когда ножки жалобно скрипнули по полу.
— Ника написала просто разгромную статью от лица всех беременных женщин и матерей города. Что Белосов, такой-сякой, в очередной раз народ обманывает. Мало ему комнат матери и ребёнка, теперь он взялся за детский спортивный городок.
— Так это же хорошо… Разве нет? — Нина Михайловна уже вовсю хозяйничала на кухне и разогревала мне порцию просто обалденных щей. У меня даже слюнки потекли. — Занимается нужным делом.
— Угу, только вот на месте спортивного городка начали строить, почему-то, бизнес-центр.
— Чего только в наше время не бывает…
— Да даже не в этом дело! Ника, когда писала эту обличительную ересь, даже документы не удосужилась проверить. А я залезла в архив записей и отыскала старые материалы: никакую площадку там и не собирались строить. Вероника с потолка это взяла! А теперь за клевету мне отвечать…
— Принесите извинения, как это обычно делают. Публично. Посвятите такому нужному человеку, — в голосе Нины Михайловны было море сарказма. Похоже, что этот ушлый депутат многим успел насолить. Даже нашей свекрови, которая живёт в городе без году неделю, — целый разворот. От души его похвалите.
— Не выйдет, — качнула головой и вздохнула. — У меня были с ним стычки, а Борис Егорович не уволил меня, оставил. Теперь этот Белосов вопьётся в меня как клещ и не отпустит!
— Ты беременная… Пусть впивается в кого-нибудь другого. И вообще, Кира, в наших семьях женщины всегда были, — Нина Михайловна сжала кулак и показала мне его, — кремень! Раз уж ты с Русланом сладила, так чего какого-то депутата бояться? Справишься и с ним! А теперь обедай и ни о чём не думай. После пойдём прогуляемся, подышим свежим воздухом. Поговорим. Я присмотрела красивые детские вещи, хотела тебе показать…
