Это ноющее противное чувство рождало еще и злость. Так не может быть. Не должно. Он не смирится. … Сам не зная, зачем он это делает, охотник потянулся к столешнице, и стал выводить по слою пыли буквы. Идэн даже не знал, умеет ли Лисса читать. Но…Он все равно писал для нее. «Поговори со мной». Это было его желанием. Странным, опасным, но сильным и важным. Он хотел увидеть ее, не бежать за ней по улицам, не опасаться, что погоня закончится боем и смертью одного из них. Он хотел стоять рядом, слушать ее. Хотел убедиться, что все еще поправимо.
Потом он ушел. Так же уверенно и быстро, как стремился в этот забытый дом. Не оборачиваясь, не замечая ничего вокруг. Идэн шел домой. Туда, где чувствовал себя в безопасности, где мог верить и надеяться. Как когда-то в детстве.
— Бери-бери, — уверяла радостно торговка. — Свежее все. Тепло еще. Только у меня самые вкусные крендели на площади!
— С медом? — Идэн осматривал выпечку на лотке.
— Свой мед, — тут же похвасталась женщина. — Свои пчелы. Сладкий, какого не найдешь.
— И с маком, — охотник изучал свои ощущения, смаковал ароматы.
— У самой реки на лугу собирала, — торопилась торговка. — Цветы с твой кулак. Крупный мак. Лучше точно не найдешь. Только я это место знаю.
Она врала, но рыцарю было это не интересно.
— А чтобы с медом, маком да с корицей? — спросил он, хотя уже понимал, это не то, что он ищет. Тесто иное, и запах совсем другой.
— Ишь, ты! — женщина неприятно сощурила глаза, явно разозлилась. — У вас там в столице денег куры не клюют? Специи только в богатых кварталах найти можно. Но дорого! Какой капризный. Кто же тебе тут так шиковать-то будет! Чтобы все и сразу! Бери, что предлагают. Лучше все равно не найдешь.
Охотник развернулся и отошел под ее возмущенные вопли. Они с Диком прочесывали все торговые ряды. Конечно, никто из местных торговцев не продавал такую выпечку. Только раз Идэну удалось почувствовать нечто похожее. Тесто имело нужный аромат. Но та торговка продавала пироги с яблоками. На корицу и мак у нее не было денег. Охотник отдал ей крупную монету, чтобы она сказала, кому отдавала свой рецепт или продавала готовое тесто. Женщина выглядела удивленной и немного испуганной. Она помнила, что кто-то приходил к ней. Но не больше. Почему-то этот момент ускользал из ее памяти. Торговка даже не смогла назвать, была ли то женщина или мужчина. Знала только день. Позавчера. Когда рыцари приехали в город.
На иное Идэн и не рассчитывал. Дик успел узнать, что во дворе, рядом с домом этой женщины третий день кислое молоко. Ведьма скрыла себя своей магией. Забрала у торговки память. Но все же, рыцарь узнал больше, чем его неприятельница хотела ему оставить.
Кое-что подтверждало подозрения охотника. В прошлый раз злая ведьма пришла из леса. Безумная, поглощенная своим злом, она забирала жизни там, где ближе могла их найти. Сегодняшняя ведьма хитрее и коварнее. Искать ее рядом с кварталами мастеровых, не было толку. Она совсем из других мест. Она скрывается в другой части города. Она уходит за своими жертвами дальше от своего логова.
Но следы есть. Никто в мастеровых кварталах не позволит себе купить корицу или мак. Слишком дорого. Как и сказала та торговка. Мёд не редкость, а вот специи… Даже само угощение, приправленное проклятьем, выдало ведьму.
В лавке, где старший экзекутор закупал для своих братьев ткани и утварь охотников ждали. Здесь люди по-прежнему боялись смотреть рыцарям в лицо, но не меньше боялись проблем. Смерть жреца может многим грозить походом на испытание. Уж лучше три минуты суеверного страха, пока говоришь с этими бездушными, чем боль и слабость в течение намного большего времени.
— Его кто-то ждал, — рассказывал хозяин лавки, изучая грязный земляной пол у ног Идэна. — Не здесь. Просто Валий спешил и был чем-то недоволен. Я еще спросил, чего хмурый. Он как-то нервничал, что ли, сказал, есть проблемы. Надо поторопиться. А там еще разговор…Но при нас был здоров, как бык. На телегу рулон хлопка закинул. Один. Повторил бы ты такое?
Охотник лишь чуть пожал плечами. Ему не приходилось исполнять такие подвиги. Да и желания начинать не было.
— Он сразу к тебе ехал? — уточнил охотник. — Прямо от ворот?
— Да кто же так делает! — усмехнулся чуть презрительно хозяин лавки. — С телегой по городу не дело. Оставил ее тут, как с утра прибыл. Ушел. Потом уже к нам вернулся.
— Где бывал, не говорил? — продолжила расспрашивать рыцарь.
— Так, где ему быть-то? — пожал торговец плечами. — Если не у старейшины, так в городском храме. Ну, да и в торговых рядах. Кто-то из моих видел, как он из-за угла выходил. Точно от торгов шел. И у него мешок собой был. Набрал чего-то. А еще говорил, что дальше ехать надо.
— Зачем?
