Идэн только кивнул, даже не зная, заметит ли она это в темноте. Они еще сидели рядом, все так же, держась за руки. В тот момент охотник думал, жалеет ли он, что без него в ее жизни случилось столько бед. Жалеет ли она о том, как сложилась его судьба. Могло ли быть иначе, если бы не было той ночи пятнадцать лет назад. И какой была бы их возможная иная жизнь. И вдруг импульсивно он захотел знать…
— А что ты станешь делать потом?
Лисса повернула к нему лицо, она явно удивилась.
— Когда я убью ее, — пояснил охотник. — Что ты станешь делать? Как жить?
Целительница нахмурилась.
— Не знаю, — произнесла она растеряно. — Вообще…Пусть я и потеряла многих, но не жалею о своей жизни. Я никогда не была одна. И всегда рядом находился кто-то, кто вел меня дальше. Теперь…С одной стороны мне страшно, потому что больше никого не осталось. Но с другой… Все жизнь я жила ради кого-то или чего-то. А после…Это будет только мое. Но я не знаю еще, какой станет эта жизнь.
— Я тоже не знаю, — признался Идэн. — И никогда не задумывался о будущем вообще. Я всегда считал, что сначала надо закончить дело. Потом…Будет время думать.
— Хороший план! — она улыбнулась. Немного иронично. И посмотрела на него с тем самым веселым вызовом, какой он помнил с детства.
Утро казалось удивительно тихим и солнечным. Хотя именно сегодня ощущались первые заморозки. Но в доме была натоплена печь, на столе Идэна ждал горячий завтрак. Ройс, вернувшийся ночью, уже не выглядел таким недовольным и насупленным. Лисса вернула себе обычную уверенность и прежний веселый вызов в глазах.
— А ты научился быть хитрым, — заметила она чуть насмешливо, ставя перед охотником миску с кашей и тушеным мясом.
Ройс посмотрел на нее с удивлением. Без раздражения или недоверия, скорее даже с любопытством.
— Не замечал за собой, — отозвался Идэн, хотя тут же припомнил слова Гилла, что охотник даже в детстве был находчив. — О чем ты?
— Вчера ты многое рассказал людям, — уже серьезнее сказала целительница. — О Джул, о той ночи. В твоих словах было много правды, но не меньше ты смог утаить.
— Я предупредил, что не раскрою всех секретов Ордена, — охотник принялся за еду.
— Я не о ваших тайнах, — возразила женщина. — А о том, как умело ты отвел их от многих вопросов, какие они могли тебе задать. Ты дал им дело, составил план. Стефан и Гилл простые, они не додумаются лезть глубже.
— Но у тебя вопросы есть, — заметил Ройс, и даже чуть улыбнулся Лиссе.
— Верно, — она скрестила руки на груди, облокотилась о рабочий кухонный стол. — И прежде всего, лично меня очень беспокоит и настораживает один момент. Джул, и та, кто пользуется ее даром сейчас, забирали детей, у кого только начали проявляться способности. Но тогда как ведьма оказалась здесь, в этом доме? Ведь у тебя, Идэн, никогда магии не было.
— Точно! — Ройс повернулся к другу и смотрел на него с беспокойством. — Тебя проверяли экзекуторы. Ни грана магии. Но тогда…какой смысл?
— Это странно, — согласился задумчиво охотник. — На днях я был в доме Ардэны. Она вспомнила, что когда лечила меня в детстве, тоже думала, что у меня проявится дар. Но когда пришла ведьма, мне уже исполнилось двенадцать. Магия же дает о себе знать с семи-восьми лет. К десяти ребенок уже определяется со способностями. У меня их точно не было.
— Я помню тебя, — согласилась Лисса. — И тоже могу это подтвердить. Потому появление ведьмы в вашем доме выглядит просто странно.
— Не знаю… — Ройс чуть хмурился. — Джул. Она же практически не бывала в городе. Но в течение двух недель она ходила вдоль Стены и собирала детей. Кстати, все они были младше Идэна. К тому же, опытный носитель дара всегда может определить способности ребенка. Только мы знаем, что и сама ведьма была слаба магией. Пока не обратилась ко злу.
— Ты ведешь к тому, что был некто, кто указывал ей, кого забирать? — предположил Идэн.
— Это возможно, — тут же уверенно подтвердила целительница. — Зло слепо. Я видела это много раз. Джул была безумна. И если ее направляли… Но снова! Почему она оказалась здесь?
— Та, которую мы ищем сейчас, — по лицу Ройса было понятно, что он нашел некий неожиданный ответ. — Она точно не поддалась безумию. И мы твердим все одно и то же. Ею движет месть. Привести в дом врага безумную злонамеренную ведьму, разве это не тоже самое?
Лисса согласно кивнула.
— Но кого она считала своим обидчиком? — спросила она. — Колина или Идэна? И если мы вспомним снова, что она пыталась избавиться от охотников с момента их приезда в город, зная, что один из них как раз Идэн…
