Не стирайте поцелуи. Книга 2 полностью

– Да случайно вышло. Я бабулю навещала – тут неподалёку есть пенсионерский дом, а там одна жительница умерла. У неё родственников нет, а кот с ума сходил. Спросили, кто заберёт, никто не захотел. А я к нему подошла – он на руки согласился. Пришлось себе взять. Вот вам блокнот. И спасибо за Бетельгейзе!

Она во всё это верит, по глазам видно. Мечтательница, фантазёрка. Бывают же такие люди, верящие в сказки. Я их с детства не терплю.

Susanne Sundfør – Amor est mortis

Алекс уходит вместе с котом и Бетельгейзе. Я беру бумагу и прощаюсь со своей мечтой:

Моя душа откликается на твой голос, взгляды проникают так глубоко, что сердце добровольно им подчиняется: ты решаешь, когда и зачем ему биться. Слова твои, даже если они неуклюжи или спотыкаются, все до единого складываются на полочки и в ящички памяти, бережно хранятся там.

Мои чувства к тебе так сильны, что всё время хочется плакать – приходится сдерживаться. Я всегда говорю себе: сделай глубокий вдох, расслабься и отпусти… но у меня ничего не получается.

Это и странно, и чудесно в то же время, но во мне никогда ещё не было столько силы, как сейчас, никогда ещё так отчаянно не хотелось жить, осознанно проживать каждое мгновение.

Ты рядом… пусть и не со мной.

Моё время вырывается из моего горла рывками, спазмами. Никто из уходящих людей на видео в YouTube так не всхлипывал, как я сейчас, до боли в горле, будто у меня ангина. Они смирились, сумели расслабиться и принять, а я всё-таки не смогла – в этом весь ответ. Для таких, как я, ещё не написали достаточно убедительную книжку по психологии умирания. Я продолжаю сопротивляться. Я не хочу уходить. Мне мало всего! Мало неба, мало солнца, мало апреля, мало людей! Я так и не узнала, каково это – быть любимой, в конце концов!

Сворачиваю лист много раз, пока не получается «секретик» и впихиваю его между веток у стоящего рядом со скамейкой клёна.

«Я не проиграла» говорю себе. Выжить сумела, смогла бы и стать счастливой. Просто не успела. Моя жизнь была поставлена на таймер, и теперь время вышло – надо было быть шустрее. Я не проиграла, я просто не успела.

В следующий раз всё будет по-другому. В следующей жизни всё с самого начала будет иначе.

Я гуляю по городу уже много часов. Мне нравится вечер, город, весна, мне нравится жизнь, и так не хочется с ней расставаться. Я вглядываюсь в поредевшие кроны, в мокрые стёкла витрин и даже трещины на асфальте, жадно, торопливо впитываю всё, что вижу.

Мне так страшно, и так больно внутри, что боль физическая почти не ощущается. Даже тошнота отодвинулась на второй план, потому что моя единственная цель сейчас, самая большая моя цель – пройти и увидеть, как можно больше. Как можно больше напоследок прожить.

Но проклятая слабость хуже тошноты, она вынуждает снова опуститься на ближайшую скамейку. Я только на мгновение прикрываю глаза, и сразу попадаю в прошлое – моё солнечное детство.

Ben Howard – End Of The Affair

Мои руки срывают широкие сочные листочки инжира и складывают их стопкой.

– Десять хватит? – спрашиваю Алехандро.

– Набери двадцать, – отвечает он, тряхнув головой так, чтобы длинная чёлка отлетела с лица на затылок. Каждый раз, как он это делает, я задаюсь вопросом, зачем его мать так его стрижёт? Ему ведь объективно наплевать, как он выглядит. И он потеет в этой адской жаре. Мне так жарко и тяжело дышать, что иногда темнеет в глазах и появляются звёздочки. Но мы с Алехандро должны набрать листьев-денег, потому что Меган вздумалось играть в аптеку, и аптекарь, конечно же она.