Ллойву взглядом оценил повреждения. Если предки людей смогли возвести столь величественное сооружение, отчего их потомки не могут содержать его в целости. Это странный факт. Даже илои не удержали в руках своего наследия, а в их распоряжении мощь не сравнимая с людью.
— Ты хочешь залатать эту дыру? — Обратился он к Дженве на илои. — Как?
— Да, ты чувствуешь, эта стена скоро рухнет, — Дженве кивнул и взглянул на брата, словно желал от него помощи в решении этой проблемы. — Если даже они заделают этот провал, скоро появится новый, и он разрушит стену до основания.
— Да, это так. — Ллойву перевел взгляд на круглые от удивления глаза хозяина. Речь илои тот слышал впервые. Протяжные, певучие звуки удивляли его.
— Мы можем укрепить эту стену, — продолжил Ллойву, снова обратившись к брату. — Но этим мы раскроем себя. Ты готов к этому? К удивлению с их стороны? К страху?
— Ты боишься, что они не примут нас?
— Мне сложно судить, — Ллойву подошел к самому краю провала и взглянул вниз, на непрерывно двигающийся бульон у подножия стены. — Возможно, они не готовы увидеть.
— О чем вы говорите? — Не выдержал Джарий. — Красивый язык.
— Это илои, — Ллойву повернулся к хозяину крепости всем телом. — Когда вы сможете привезти новые блоки?
— Это сложный вопрос, — Джарий неловко рассмеялся. — Каменоломни заброшены. У нас нет людей, да и инструмента тоже…
— Я помогу. Только покажите, где это, — поспешил сказать Дженве, встретившись взглядом с братом.
— Можно, — кивнул Джарий. — Но нам не сладить, я говорю, у нас мало людей.
— Если нам не хватит людей, мы попросим господина Лира, — Дженве подмигнул Ллойву.
Джарий улыбнулся, окинув взглядом фигуру странного гостя.
— Господин Лир не производит впечатления каменщика.
— Это обманчивое впечатление, — рассмеялся Дженве. — На самом деле он могущественный воин.
— Прекрати, Джев, — скривился Ллойву, — это дурная шутка.
— Тогда после обеда мы с вами посмотрим на выработку?
— Да. После обеда, — согласился Дженве. — Господин Лир отправится с нами?
— Если только ты не справишься, — огрызнулся Ллойву.
— Не обижайся, Ловкач, — Дженве приобнял брата за плечи. И добавил на илои. — Надо помочь им, Ловкач. Мне так кажется. Ты со мной?
Ллойву вздохнул.
— Да, я с тобой. Любая твоя авантюра — наша общая.
— Вот и славно, — Дженве ушел следом за ушедшим хозяином, хлопнув на прощание по плечу.
Ллойву вдохнул соленый морской воздух полной грудью. Как же прекрасен мир на поверхности, когда его не заслоняет вонь и грязь людского мира. В сравнении со стеной асатр выглядел букашкой. Сколь же велик был замысел людей, когда они соорудили столь величественные стены. Отец утверждал, что люди грязны и невежественны. Но кто же тогда сотворил такое? Разве могут пигмеи, коими их всегда представляли, возвести эти стены? Остатки постаментов на самом краю не оставляли сомнений, что в завершении каждой из стен должна была стоять статуя. Ллойву поднял взгляд к небу. Он бы взглянул на такое, как людские инженеры решили бы вопрос центра масс? И как бы они закрепили свои творения, чтобы те не опрокинулись вниз?
Ллойву сел прямо на камень, опустив ноги в бездну. Где-то внизу с грохотом разбивались волны, обтачивая с вселенским терпением основание из огромных валунов. Восхитительно. На грани зрения почудилось движение. Ллойву повернул голову. Вчерашняя девчонка. Марисса. Вот её то очень хотелось увидеть ещё вчера. Она стояла недалеко, обмотанная теплым толстым платком поверх невзрачного платья, переступая озябшими ногами.
— Что тебе, дитя? — Удивился Ллойву. Девочка подошла ближе, продемонстрировала каменную Птицу в руке. Кажется, она немая?
— Да, я помню. Тебе сделать еще такую? — Девчонка замотала головой. Нет.
— Чего же ты хочешь? — Девочка подошла еще ближе. Почти вплотную. Мелькнул мысль, что если она сделает, как вчера, то он просто упадет в море. Ллойву подобрал ноги и присел на колени возле девочки, а она смущаясь и пряча взгляд, выдавила.
— …вини.
— Что? — Так она не немая, просто редко говорит. С бедняжкой некому заниматься.
— Из-вини.
— Не страшно, — Ллойву улыбнулся. Девчонка подняла на него огромные серые глаза. — Ты не виновата. — Он опустил глаза на её руки, теребившие каменную Птицу.
— Тебе нравится?
— Очень, — кивнула девочка.
— Это был какой-то особенный камень?
Девочка снова кивнула.
— Почему? Что в нем особенного?
Марисса сжала Птицу еще сильнее, так, что побелели крошечные пальчики.
— Не хочешь — не говори, — согласился Ллойву.
— Ты больной? — Спросила девочка.
— Я? Можно и так сказать, — усмехнулся Ллойву. Здесь, в этом мире никто не придет на помощь, если что-то случится. Придется справляться самому и беречь себя, насколько это возможно.
— Это папа влелел показать тебе, — порывисто сказала девочка, снова опуская голову.
Ллойву удивился. Висметия говорила, что она сирота.
— Он не знал, что ты больной.
— А кто твой папа? — Девочка пожала плечами. Дитя, что с неё взять?
— Что он велел мне показать?
— Я вчера показала тебе свой сон, ты видел? — Марисса вытерла рукой потекший нос.
