– Мы сейчас в аэропорт, далее летим до Казани, выгружаемся, и вы поступаете в распоряжение местных. Вас там введут в курс дела. Кратко: большой сбор неопознанных существ, предположительно гуманоидного типа. – Лютиков пристально посмотрел на меня. – Местным еще удается сдерживать их, но они несут потери и стягивают туда свои силы. Мы выступаем как специалисты от центра. Вы в качестве поддержки, никуда не лезть, наблюдать. Ясно?
– Так точно! – нестройным хором ответили мы.
Дальнейшая дорога была однообразна, за исключением того, что ученики попытались было пообщаться на тему, что нас там ждет, и все выспрашивали у меня. Пришлось пресечь их поползновения и спросить про успехи в освоении щита. Как оказалось, успехов почти не было. На мое же замечание, что, видимо, мало они тренируются, меня заверили, что они сей же час все исправят.
– А мне что делать? – спросила робко Алиса.
– Эх, ты ж на мою голову еще. Пошли. – Я встал и повел девушку за собой в хвост самолета. Там мы уселись друг на против друга. – Смотри и запоминай, ничего не бойся.
Пришлось положить свои руки на ее голову, после чего, войдя в состояние покоя, легонько попробовать оттеснить ее сознание. Не выкинуть из тела, а именно оттеснить, не мешая ей наблюдать и понимать процессы того, что я делаю. А я же при этом «учил» тело смотреть магическим зрением. На это ушло минут двадцать.
– Запомнила?
– Да. А что ты сделал?
– Потом, теперь самое сложное. Ты должна будешь расслабиться и ни в коем случае не пытаться меня выгнать из себя. Будет немного неприятно и даже больно, но по-другому мы это быстро не решим.
Пришлось опять чуть подвинуть сознание девушки и аккуратно, буквально по сантиметру показывать «дорогу» для выхода силы. Алиса, надо отдать ей должное, терпела, хоть и было больно. Я как мог часть боли принимал на себя, сознание же сейчас у нас общее.
Спустя час я буквально вывалился из сознания девушки и лег на пол.
– Всё. Теперь ты в развитии догнала ребят.
– А что ты делал? – еле произнесла девушка, также валяясь на полу.
– Показывал путь. Это так называется. Теперь тебе, как и остальным, доступна возможность манипулировать источником силы.
– А раньше мы это разве не делали? – спросила она.
– Нет, раньше вы собирали сырую силу из ауры, а сейчас у вас прямой доступ к источнику. Эй, вы там, выходите, проведу и вам лекцию.
– Учитель, а почему вы с нами так не сделали? – спросил Алексей, выйдя из-за ящиков.
– А потому, что процедура это болезненная и не совсем приятная. А вас у меня шесть. И вообще лучше, чтоб источник сам нашел «путь». Это как ручей по весне, можно и прокопать ему дорогу, а можно оставить все как есть, и возможно, этот ручей пока будет искать дорогу, сольется с еще одним ручьем, а то и не одним.
– То есть у меня будет ущербный «ручей»? – влезает Алиса.
– Не будет у тебя никакого ущербного ручья. Я не копал дорогу, а выталкивал своей силой твой источник, а он уже сам нашел путь. Дело это муторное и не очень приятное.
– А это должен быть один путь? – спросил Никита.
– И это правильный вопрос. Далее вы сами будете уже выстраивать каналы, когда научитесь управлять источником. И чем развитей каналы, тем больше энергии вы сможете проводить по ним. И также надо не забывать раскачивать свой источник, для формирования его объема и скорости накопления и передачи. Всё, всем разойтись.
Остаток пути мы проделали в молчании. Я лично восстанавливался после манипуляций с сознанием, а остальные занимались кто чем. Ученики все тренировались со щитом, а Лютиков и остальные занимались тем, что спали или вели беседы.
Как только самолет приземлился и открылся люк, то мы сразу же поспешили к стоящим чуть в стороне машинам, наподобие той, что привезла нас в аэропорт. Далее была незабываемая поездка по дороге, в которой было столько кочек и ям, что мы поотбивали себе все задницы.
В итоге приехали мы в какой-то городок или даже деревню, не пойму. Хотя было пару пятиэтажных домов, а в остальном одно– и двухэтажные, изредка были трехэтажные. Все это удалось увидеть мельком, так как когда машины остановились, Лютиков сразу же убежал в одну из палаток, а нас повели к другим.
Прибыв на место, нас представили младшему лейтенанту, который осмотрел нас, особенно уделив внимание нашим погонам, после чего сказал, чтоб мы отошли в сторону одной из палаток и больше не отсвечивали, пока он не придумает, куда нас приткнуть.
В палатке мы оказались одни, и я сразу же лег спать, понимая, что, возможно, это сделать удастся не скоро. Удивительно, но моему совету последовали все. Как итог, по моему субъективному времени, нас потревожили через полтора часа.
– Подъем! – раздался крик младлея.
– Встаем, встаем! Зачем кричать? – встал я с кушетки.
– Вы что себе позволяете? В то время пока все находятся в боевой готовности, вы спите! – разорялся младлей.
– Никак нет! Мы применили тактический прием! – ответил я тут же, понимая, что тут просто кто-то хочет показать свою значимость.
– Какой прием? – чуть сбился служивый.
– Тактический, – помогаю я ему.
– При чем тут тактический прием? – опять спрашивает он меня.
