— «Введение в электроэнергетику и электротехнику», — Артём зачитывает название одной из книг, что Елизавета Петровна только что занесла в базу и вернула мне. — Полковниченко и Гуляева… Хм… Проводку дома будешь менять под свой фэн-шуй?
— Что ты пристал ко мне? Иди куда шёл.
— К тебе я шёл. Мы когда познакомимся-то? Я Артём, — протягивает мне руку, а по глазам вижу, что веселится.
— Я знаю, что ты Артём, — игнорирую приветственный жест.
— Я потому и пристал, что имени твоего не знаю. Чего бука такая? Стесняешься?
Боже, помоги! Я хочу треснуть его по голове этой самой «электроэнергетикой»!
— Ты знаешь моё имя.
— Да как же? Мало ли что где написано, и как другие люди тебя называют! Ты вот подтверди мне, что тебя Одарией зовут, а никак иначе.
— Что за чушь, — бурчу себе под нос.
— Твоё имя вовсе не чушь! — коротко хохочет. — Нормально же звучит: «О, да, Рия». О, да!
Артём делает сейчас такой тон, от которого Машка Мартынова бы тысячу раз уже покраснела и побледнела разом. Вот же идиот редкостный! Меня вдруг посетила дикая сексуальная фантазия, в которой я пускаю пятерню в его чёрные волосы… а затем опрокидываю голову парня о стойку библиотекаря. О, да, Артём! О, да!
— Я больше не намерена терпеть твою компанию, — отвечаю вместо этого. — Оставь меня в покое.
Елизавета Петровна начинает хмуро поглядывать на нас исподлобья, но не вмешивается, занятая своей работой.
— Разве я обидел чем? Я же просто познакомиться с одногруппницей пытаюсь. Твоя подружка, знаешь ли, более дружелюбна, чем ты.
— Вот с ней и общайся.
— Так я с тобой хочу.
Любая другая бы уже растаяла от скользящей нагловатой улыбки на его лице и искорок смеха в карих глазах. Но не я. Демонстративно делаю шаг назад, увеличивая расстояние между нами, и со всей твёрдостью говорю:
— Зато я не хочу.
— Конфликт интересов, получается. Что делать будем?
— Ничего я с тобой делать не буду! Отвали! — воскликнула я громче, чем планировала.
— Вот это темперамент! А я думал, ты тихоня забитая.
— Сейчас я тебя забью, если не свалишь! — шиплю, стреляя в него молниями гнева из глаз. Только Угольникову всё нипочём. Смеётся, развлекаясь за мой счёт.
— Я вот даже и не знаю предвкушаю или боюсь…
— Молодые люди! — не выдержала нашей перепалки Елизавета Петровна. — шуметь идите в другое место! А здесь люди занимаются — не мешайте!
Она кладёт на стол передо мной последнюю книгу, которую я тут же бросаю в рюкзак. Визг молнии, лямки на плечи — пора валить из этого дурдома.
— При всём уважении, — не унимается Артём, — из нас двоих молод только я. А эта пожилая дама, — выразительно смотрит на меня, — с климаксом в голове никак мне проходу не даёт. Даже в библиотеке! Безобразие полное! Пришёл, блин, на очном учиться…
Можно я его побью? Вот прямо своим же рюкзаком. А то зря что-ли тяжёлый такой? Огреть бы им макушку одного идиота… Мечта.
Я выхожу из библиотеки в коридор, Артём идёт следом, посмеиваясь где-то у меня за спиной. Игнорирую, не оборачиваюсь, не смотрю. Мне нет никакого дела до этого парня. Мне не нужно реагировать на его провокации. Мне не нужно лишний раз угождать ему своими вспышками раздражения, которые для него лишь повод для веселья. Нет никакого Артёма, нет ничего, кроме меня и моей тайны.
Этот пустоголовый дурачок не стоит моего внимания. Поверхностный, ничего не смыслящий в том, каково думать, чувствовать разъедающую изнутри боль. Рано или поздно ему надоест приставать ко мне со своими глупостями — нужно просто продолжать игнорировать его. И желательно справляться с поставленной задачей более успешно, чем в эти два дня.
Артём
Она странная. Я подумал об этом, когда заметил, как она выбирает себе книги.
Меня не удивил приход Одарии в библиотеку и то, какой груз она таскает на своих плечах (я насчитал шесть толстенных книг, когда она начала извлекать их из своего рюкзака). Такие тихони, как правило, исходя из моих личных наблюдений, всё время что-то пытаются доказать себе или ещё кому-то, и поэтому не обращаются за помощью и не ищут лёгких путей. Таскать самостоятельно такой вес? Конечно, да!
Меня также не удивило то, что девушка после направилась к стеллажам за новой порцией знаний. Она без лишних раздумий, целенаправленно, подошла к одному из них и, не глядя, просто начала набирать книги одну за другой. Одарию не интересовала аннотация, имя автора или даже название художественного произведения или учебного пособия. Не знаю точно, что там за отдел, но, видимо, моя одногруппница большая его поклонница.
Я несколько завис, наблюдая за ней, хотя искренне пришёл сюда поработать, пользуясь большой переменой и тем, что в местной библиотеке студентам предоставляется отличная возможность посидеть в рабочей зоне за компьютером с подключенным интернетом и принтером. Весь процесс моего наблюдения за девушкой занял от силы семь минут, и вот Крылова уже с новым грузом на руках направляется к стойке библиотекаря.
